Неглавная героиня

Да вот только фишка в том, что дальше надменных рож и гадких подколок мальчишка никогда не заходил. За что его сейчас так приложили, что полутруп у меня в ногах даже не дергается, только стонет? 

— В следующий раз будешь думать, что ляпать своим грязным языком! — Звонкое объяснение воцарившегося звездеца не заставило себя ждать.

Ну да, ну да.

Пылинка, в смысле Ланлинь собственной белолотосовой персоной, прошла сквозь расступившуюся толпу и воздвиглась над поверженным противником как памятник оскорбленному самодовольству.

Глава 5

— Ты дура? — Я присела возле упавшего парнишки и быстро положила пальцы ему на шею, проверяя пульс и течение ци (да-да, мне выдали базовые навыки здешних детей, ура). — На слова надо отвечать словами! Даже если он тебя оскорбил...

— Следить надо за своим языком, — выдала паршивка, в смысле Пылинка, задрав хорошенький носик. — Кичиться своим происхождением, не умея подтвердить его в бою, глупо и опасно.

— Бить в полную силу за пару неприятных слов еще глупее и опаснее. — Парень на ступеньках застонал, и я повернулась к нему. Кажется, эта идиотка ему пару ребер сломала. Ну надо же, вот тебе и положительная героиня. 

Да-да, я помню, что Ланлинь в дораме за первые три месяца чуть не затравили, несмотря на лисье заступничество и белолотосовую ауру. Предвидя такое развитие событий, вполне можно обозлиться и ударить на опережение.

— Ну конечно, меня, безродную и слабую, можно оскорблять, а за своего, родовитого, вступитесь, — фыркнула между тем Пылинка и скосила глаза в ту сторону, где в толпе маячили лисьи уши. Потом еще раз посмотрела на меня и прищурилась. Узнала.

Я тоже оглянулась на те самые уши и уже хотела сказать юной попаданке все, что я о ней думаю, но вдруг заметила, что смотрит на меня мой будущий бывший жених как-то неправильно. Без отвращения смотрит, с легким только недоумением.

Ах ты ж! Ну да, ну да. Я же должна истерить и оскорблять, а не говорить правду, с которой трудно спорить даже под белым лотосом.

Непорядок. Меня сегодня должны бросить, а не вот это все.

— Да потому, что ты и есть шваль безродная, — голосом записной стервы заявила я, мысленно поставив памятник своим актерским способностям. Но наверное, так даже лучше, потому что неуклюжая фальшь в голосе вполне сошла за истерику.