Артефакторы-2: Серая радуга

Что им тут понадобилось на самом деле?

Тон его был спокойным и удивительно деловым, и Экстеру Мечтателю невольно пришлось успокаиваться тоже.

– Всегда одно, – прошептал он. – Главная тайна Одонара, которой был заворожен еще Холдон. Секрет неизмеримого могущества, скрытый в Малой Комнате. Ключ доверен одному из Одонара… И я, как каждый из директоров артефактория… единственный, кто знает имя ключника… единственный, кто хранит его самого…

– Поэтому они тебя так опасаются?

– Не меня, нет, того, кто за мной, того, кто дал мне эту должность, того, кто… – тонкое лицо Экстера свела болезненная гримаса ужаса.

Макс нетерпеливо поморщился, как бы говоря, насколько ему надоели все эти великие тайны.

– И ты не мог бы обратиться к твоему покровителю, чтобы их переубедить? Впрочем, тогда они точно запишут тебя в заговорщики… Замкнутый круг. Будем считать, ты подтвердил мои подозрения. Думаю, сейчас у Кордона ждут меня с большим нетерпением, потому что это возможность спихнуть всё сначала на детей… а когда ты не выдержишь и полезешь их защищать – то и на тебя.

– Макс, он…

– Прикончит меня на месте – и это было бы расплатой за мою дурость. Мне нужно было уходить еще девять месяцев назад… но я не об этом, а о том, что смерть на коленях мне всегда представлялась довольно жалкой.

– Ты сказал, есть второй выход…

Макс встал и направился к двери.

– Я его тебе озвучил полчаса назад: я буду драться, – Мечтатель приподнялся со стула, кажется, желая его удержать, и Ковальски обернулся к нему. – А ты не суйся, Экстер. Храни свой артефакторий, свои секреты и Малую Комнату, а с этой интрижкой я как-нибудь разберусь.

Хлопнула дверь – и Экстер остался сидеть на своем стуле с приоткрытым ртом. Впервые на его памяти историю, в которую был замешан Семицветник, Оплот Одонара, директорский пост, а на кону стояла Малая Комната, обозвали интрижкой.

Впрочем, Макс находчиво уменьшил цену вопроса. Теперь на кону стояли только жизни – а одна или несколько, зависело от самого Ковальски.

Перед входом в артефакторий тем временем разыгрывалась драматическая сцена – как раз для сочувствующих зрителей.

Новый Оплот Одонара воинственно расхаживал туда-сюда по дорожке, раскрасневшись от голосовых потуг.