Бабье царство. Книга 2. Экспедиция и Леди Артур

– Определить местоположение! – в голос выкрикнул я, начав быстро озираться. Но ничего необычного видно не было.

«Ненавижу!» – начал кричать голос, сменившись скрипом пенопласта по стеклу.

– Что случилось? – доставая пистолет, спросила Катарина, которая ела уже третий кусок сыра, пока я проводил анализ. Недоеденный кусок упал ей под ноги, и вскоре второй пистолет оказался в руках храмовницы.

– Не знаю, – растерянно ответил я. Крик метался по поляне, не желая затихать, а потом вдруг обрёл плотность.

– Ненавижу! – заорала одна из солдаток, вышедшая в этот момент из леса с охапкой хвороста. Она выронила свою ношу, неспешно, как киношный зомби, достала топор из-за пояса и на ватных ногах направилась к ближайшей сослуживице.

У меня волосы дыбом встали на голове – и не только. А по поляне разнеслись вопли:

– Дульс! Это Дульс!

На поляну сбежались все, включая полуголых молотобойчих и рыцарш. Клэр застыла с выпученными глазами, а Ребекка быстро хлебнула из фляжки, вытерла тыльной стороной ладони губы и начала раздавать указания:

– Не подходить.

А зомби, закатив глаза, отчего виднелись только белки, ковыляла по поляне и неуклюже размахивала перед собой топором. Создавалось впечатление, что женщина резко разучилась пользоваться оружием и только истерично повторяла: «Ненавижу». Поняв, что никого не сможет настичь, бесноватая направилась к ближайшему фургону, занося топор над головой.

– Не яси, – пробормотала Катарина и бросилась вперёд.

В этот время Ребекка уже давала другие указания:

– Не дайте подойти! Отталкивайте жердями и древками копий!

Женщины всполошились и начали хватать, кто что мог.

А Катарина почти на цыпочках начала заходить к женщине сзади.

– Толкай! – орали солдатки, выставив оглобли и пики в сторону зомби.

– Ненавижу, – роняла вместе с пеной изо рта одержимая. Действительно, это было очень похоже на одержимость.

– Проснись! – раздавались крики.

– Воду. Холодную воду!

Кто-то подхватил ведро и плеснул на лицо зомби. Та на секунду замолчала и заморгала, хватая ртом воздух, а через секунду завизжала о ненависти с новой силой.

– Блин, – выругался я и метнулся к своему фургону. С ходу запрыгнул на подножку и, перегнувшись через борт, дотянулся до аптечки под лавкой; из неё вынул флакон с нашатырём: вдруг поможет. – Потерпите, я щас. Я щас, – бормотал я под нос.