Бабье царство. Книга 2. Экспедиция и Леди Артур

Я, конечно, не спец в таких приборах, но если это какой-нибудь экранированный и очень дефицитный кабель, и запасного нет, то плакала наша экспедиция, сведясь к простому туризму вместо научной работы.

– Заземление! – обернувшись на ходу, ответил лейтенант. – В этом мире без заземления всё, что сложнее лампочки накаливания, перегорает сра... Псина тупая! Фу, положи на место! – снова заорал он, увидев, как пёс схватил приготовленный штырь этого самого заземления и побежал с ним по поляне, как с обычной палкой.

Малыш несколько раз обежал вокруг замершей с проводом в руках Глории. Та после слов о проклятии даже дышать боялась. А псу было неинтересно происходящее: хозяйка в безопасности, чудовищ и ассасинов рядом не наблюдалось, а призрак ему безразличен.

– Ваше сиятельство! – продолжил орать Андрей, а я вздохнул и повернулся к Катарине.

– Не яси, – криво ухмыльнувшись, произнесла девушка. – Надо дрова вытаскивать.

Я не успел что-то ответить, как она, не спуская глаз с призрака, шагнула к пепельному светоразделу.

– Может, не надо, – засомневался я, но Катарина пожала плечами и переступила черту.

В тот же миг призрак растаял и возник прямо перед девушкой, а в следующую секунду храмовница отлетела назад, словно в неё врезалась малолитражка. Она упала на спину и выгнулась дугой, держась за поясницу.

– Катюша! – вскрикнул я и подбежал к ней, упав на колени рядом.

Она кивнула и через силу сделала вдох, после ещё один, и лишь немного погодя со стоном выдохнула.

– Силён лягушонок, – прошептала она, медленно повернулась набок и свернулась в позу эмбриона, да так и осталась лежать, тяжело дыша.

Я стал на ноги, облегчённо провёл руками по лицу. Меня начало трясти от отступившего всплеска адреналина. Сердце всё ещё колотилось, находясь в режиме форсажа. Но переживал я не за себя, а за Катарину, причём сам не ожидал такой бурной реакции. Была бы на её месте одна из солдаток, без паники бы перевязал, сделал укол или оказал иную первую помощь, а сейчас была мысль: «А вдруг я ещё больнее сделаю».

– Ладно, я понял, – пробормотал я, нервно облизав губы. – Он ненавидит только женщин, значит, могу попробовать с ним пообщаться.

– Господин халумари, – раздался жалобный голос Глории. Дочка Урсулы по-прежнему стояла с проводами, боясь пошевелиться.