Зовите меня Бес!

Смауг, глянув на кивнувшего Торина, опустил голову и легко поднял заверещавшего хряка неимоверной толщины, поставив его перед Даином. Вторым движением захватил высокую худую фигуру волшебника, ожидавшего внизу, вместе с прижавшимся к нему хоббитом. Затем, спустив откуда-то сверху, осторожно поставил на каменные плиты Тириона и лизнул его. Перевел взгляд на хмурого Барда, расцвел золотыми очами.

— Позже, Траги, — очень устало сказал Тирион, и дракон опять подтолкнул его мордой так, что тот едва не упал.

Теперь, кроме тринадцати гномов, хоббита, Беорна, Даина и его хряка, на площадке были Гэндальф, Тирион, Бард и морда дракона.

Тириона тут же принялся обнюхивать хряк Даина.

— Какого рожна ты, мой пятачок, нюхаешь этого урода? — начал Даин среди всеобщего молчания. — Признал за своего? Он тоже свин?

— Нет, он тоже гном, — буркнул Двалин, первым обретя дар речи.

— А! — не моргнув глазом, продолжил Даин и поскреб по боку довольно хрюкнувшей животинки. — Мой бесценный! Так это ты гнома учуял, лапу-у-уля. Привет! — Даин, обращаясь к Тириону, хлопнул того по плечу. — Я твой очередной родственник. Так что терпи хама.

Тирион лишь хмыкнул.

— Я догадался, что это за хряк.

Торин широко шагнул и обнял Тириона, тоже не говоря ни слова. И тот почти не пытался отдернуться. Присутствующие наконец отмерли и заговорили все разом.

— Я очень-очень хочу услышать эту историю с самого начала, — обрадованно попросил Гэндальф.

— О! — закатил глаза Тирион и выпятил нижнюю губу. — Это рассказ не на одну трубочку! И я требую фейерверков!

— Интересно, — в сторону сказал Фили. — Наш дорогой маг вернулся, чтобы посмотреть, как там сзади, или забежал вперед, чтобы увидеть, что впереди?.

— Этого не знает никто, — ответил Двалин, а Гэндальф лишь улыбнулся. Потом все же спросил хоббита, пока побратимы обнимались:

— Бильбо, а ты ничего мне не хочешь сказать?

— Не-а, — ответил мистер Бэггинс, поправляя подаренную Торином мифрильную кольчугу.