Девица краса у Шамаханского царя

– Ты не слышала, что я сказал? Похититель – чужеземец!

– С чего ты взял? – нахмурился Радмир. – Среди разбойников тоже полным полно чужеземцев!

Сирин недовольно фыркнул и кивком указал на прохожих.

– Оглянись вокруг, много ли одежки на местных?

– Тулуп да рубаха, – пожал плечами Горыныч, проводив взглядом парочку ротозеев, – к чему ты клонишь?

– Караульный подметил, что наш подозреваемый был одет в несколько слоев одежды, стало быть он совсем не привык к нашим холодам.

– По твоим словам выходит, что похититель и вовсе с другой страны. И зачем ему наша Аленушка? – теперь уже съехидничал Горыныч.

– Как найдем – спросим, – не поддался на провокацию Сирин.

Тут снова влезла Настасья.

– Но ведь Аленушка собиралась отправиться в Чащобу, наверняка она там застряла! Нужно ее вытащить и поскорее!

– Если бы она туда сама отправилась, то возле дома не было бы следов борьбы, – ледяным тоном отрезал Сирин.

– Так может она прежде там побывала, а после разбойники ее выследили и умыкнули, мало ли чего Аленушка могла натворить! – высказала предположение девица с ледяными глазами.

Горыныч ухмыльнулся и кивнул на Настасью.

– Ты уж прости, но ее слова звучат правдоподобно! Аленушка вполне могла наведаться к разбойникам и возвратить назад княжеские ценности, а бандиты, потеряв сокровища, осерчали, потому вернулись сюда и выкрали красавицу, чтобы допытать и вернуть украденные богатства.

– Ладно, – прохиндей поднял руки вверх. – И что же ты собираешься делать?

– Как что? – Горыныч ударил кулаком по руке. – Быстро метнусь в Чащобу, разгоню к бесам тамошний лагерь и вызволю Аленушку.

– Флаг тебе в руки и пьяного дровосека навстречу! – от всей души пожелал Сирин и сделал шаг в сторону.

– А ты куда?

– Стражу спаивать, а попутно выведаю у них сведенья, когда и через какие ворота уехал наш смуглолицый похититель.

– А с чего ты взял, что стража вспомнит чужака? – едко полюбопытствовала Настасья. – Если у него такие же способности, как у Аленушки, то хоть десять раз их спаивай, ничего не получится!

Сирин обернулся, смерил подозрительную девицу пристальным взглядом.