Шолох. Теневые блики

– Я с беспокойством смотрела на своего бедного, бледного друга.

– Конечно, доживу. – Он трясущимися пальцами поправил кудряшки.

Я сменила тактику.

– Слушай, если ты хочешь признания, пиши о чём‑то более… современном, – от души посоветовала я. – Например, займись бунтом Ходящих! Истории два года, настоящий свежак по меркам нашей заторможенной публики. М‑м‑м?

Он смерил меня негодующим взглядом:

– Я не хочу глупого признания. Я хочу провести настоящее исследование.

– Ну вот! Так и исследуй реформу Теневого департамента.

Опроси ту дюжину железнолицых, что сохранили работу. Навести осуждённых в тюрьме. Найди изгнанников. Узнай, в конце концов, есть у них сверхспособности или нет. Разве это не интересно?

– Зачем мне какие‑то дешёвые сверхспособности, если я могу разобраться в истории самих хранителей? – Дахху возвел очи горе.

Я сдалась.

– Ладно. Разбирайся в чём хочешь, господин Помешанный. Но следи за здоровьем. Если с тобой что‑то случится – Кадия разорвёт меня на куски.

Хотя нет: прежде с этим справится моя собственная совесть.

Дахху ещё немного поизображал каменного истукана, но потом махнул рукой и сменил гнев на милость:

– Я постараюсь.

Вскоре мы попрощались.

Вздохнув, я пошла прочь к лесному тракту. От водопадов Иштвани до центра Шолоха где‑то полчаса езды. Нужно поторопиться, если я не хочу опоздать на работу.

Между тем рассказ Дахху оставил в душе неприятный осадок.

С одной стороны, мне категорически не понравился его приступ.

С другой стороны, он же целитель и вообще не дурак, чай, сообразит, если ситуация выйдет из‑под контроля. К тому же вмешиваться в дела других людей (даже близких), если они не хотят твоей помощи, – это последнее дело. Ничто не душит так, как непрошеная забота.

А что касается «историчности» снов Дахху, то я и вовсе в неё не верю.

Как по мне, так мысль о том, что сны бывают пророческими, то есть навеянными высшей силой, которая заботится о тебе настолько, чтобы намёками подсказывать дальнейший путь, – это большой самоутешительный обман.

Каждый из нас всю жизнь остаётся замкнут в рамках собственного разума. Идея, что в него могут залезать – по ночам, под покровом темноты – некие чужеродные сущности, даёт позитивную иллюзию, будто человек не так одинок, как кажется. Это из той же серии, что сказки про чтение мыслей: якобы можно гулять по чужой памяти как у себя дома – ещё одна волнующая умы «дешёвая сверхспособность»! Но нет.