Шолох. Теневые блики

И вот – человек вывернул из‑за ряда кипарисов. Свист взмыл мажором – и сразу оборвался.

– Тинави! Это вы! К‑какая встреча! – возопил появившийся на дорожке молодой человек и распахнул объятия.

Я обомлела от неожиданности, но потом, в волнении путаясь в полах летяги, кое‑как поднялась ему навстречу:

– И в самом деле, поразительная встреча, Лиссай!

Он был высокий и тонкий, сутулый. Лицо, шея, руки, длинные пальцы на изящных кистях – весь в веснушках. Светло‑рыжие волосы торчали под такими безумными углами, что казалось, он стрижётся сам (моя новая знакомая Цфат такого бы не допустила!).

Юноша убирал мешающиеся прядки за уши, но те снова и снова выскальзывали обратно. Я насчитала пять раз за то время, что мы рассыпались в удивлённых приветствиях: это было обескураживающе мило.

Он весь был очень милым, как потерявшийся бельчонок. Замотанный в традиционный шолоховский наряд – мужскую версию лесной тоги, в которой я сама рассекала по городу вчера, – он передвигался небольшими шагами и напоминал мачту, раскачиваемую на ветру.

Глаза его были серьёзны и зелены, как сам лес.

– Здорово, что вы меня помните, Лиссай. После нашего знакомства вы исчезли столь внезапно, что я подумала: специально сбежали. – Я подпустила в голос лёгкого укора и постаралась незаметно прихорошиться.

Рыжий покачал головой:

– К‑как же вас забудешь! К‑к сожалению, тогда, из библиотеки, мне пришлось уйти не по своей воле. Но в глубине души я знал, что наши пути ещё обязательно пересекутся.

Приятно, что это случилось так ск‑коро. – Он сердечно сжал мою ладонь двумя руками, не переставая улыбаться.

Что немаловажно – искренне улыбаться.

Поразительно, как легко может быть с почти незнакомым человеком! Ведь мы с Лиссаем впервые встретились около трёх месяцев назад – и не виделись ни разу с тех пор.

Это случилось в библиотеке при Башне магов. В тот день я шла по читальному залу, таща в руках высоченную стопку книг: в них я напрасно надеялась найти хоть строчку, которая дала бы мне надежду на то, что однажды я снова смогу колдовать.

А рыжий Лиссай в то же время стоял, задумчивый и «пустопорожний», в проходе. Прямо у меня на пути.

Противоположности притягиваются, поэтому удивительная сила набранной мною литературы сбила молодого человека с ног.

Мы разговорились. Сначала там же, на месте крушения, потом найдя себе укромный уголок у камина в библиотечной комнате отдыха.