Баламут

— И с кем же борешься? — спросил он.

— Да с кем хочешь. Виверны, сирены, мантикоры, лешие, древни. Всех побороть могу, за достойную плату, разумеется, — ответил Баламут полируя ногти о металлическую бляшку на куртке.

— Мантихоры? Ишь, ты. Не видел я что-то в наших краях мантихоров никаких. Да и ни вивернов, ни прочего нечистого зверья, тоже ни разу не видывал, — сказал старик.

— Не стоит благодарности, — Баламут поднял ладонь, словно останавливая грядущий поток комплиментов.

— Я вообще не слышал, чтобы мантихоры водились где-то, кроме бабьих сказок, — продолжал гнуть свою линию старик.

— А великого князя видел когда-нибудь своими глазами? — спросил Баламут. — Нет? Что же теперь, его по-твоему тоже не существует? Стало быть, и подати можно не платить? Смотри, дед, договоришься до плахи. У-у-у, смутьян.

— Брехня это всё, мантихоры твои, — сказал старик и махнул рукой, — бабьи сказки для детей неразумных.

— Ага, — тут же подхватил Баламут. — Никогда такого не было, чтобы на Руси нечисть водилась, да вот опять.

Он встал из-за стола и крикнул на весь кабак:

— Смотрите, люди добрые! Да не говорите потом, что не видели. За лжеца меня держать я никому не позволю!

С этими словами он поднял свой мешок и кинул его на стол. Развязал тесёмки и вывалил на белый свет содержимое — крупный одноглазый череп с тремя рогами, оскалившийся длинными жёлтыми клыками.

Народ вокруг ахнул, придвинулся ближе к столу наёмника, разглядывая диковинку.

— Череп лешего, — равнодушно бросил Баламут. — Убил его третьего дня.

Да вот пока ношу с собой, жду, когда мне за него причитающиеся гривны князь выплатит. А пока — смотри, народ честной, смотри, да смекай, что за зверьё Баламут лесах гоняет ради вас, да с какими тварями бьётся, охраняя ваш покой.

Посетители кабака сгрудились ближе, обступили стол Баламута. Мужчины цокая языками обсуждали, какого же размера это чудище было при жизни. Женщины боязливо тыкали пальцами в жёлтые клыки черепа.

Обстановка вокруг наёмника сразу изменилась. Купчишка из мелких тут же заказал ему за свой счёт кувшин пива.

Народ наперебой расспрашивал про страшное зверьё. Взгляды местных девиц стали ещё более заинтересованными. Баламут охотно отвечал на все вопросы, да пил пиво, одну кружкой за другой. Когда народ утолил своё любопытство и стал растекаться в разные стороны, наёмник почувствовал на себе взгляд, упёршийся ему между лопаток, как острие копья. Он обернулся и увидел невысокого кряжистого мужчину, заросшего чёрной бородой до самых глаз.