Странница

Место, куда они добрались минут за десять, оказалось небольшим сквером, отделенным от шумных улиц забором из треугольных брусьев. Один из брусьев легко вынимался, позволяя пройти внутрь и скрыться от посторонних глаз за зеленью деревьев.

***

Журавлева пристально смотрела на мягкий крендель, не в силах заставить себя проглотить хотя бы кусочек. Таманцев, за время её размышлений, умял уже пять булок.

– Ты уверен, что это можно есть? – девочка оперлась спиной о ствол многолетнего дерева, более всего напоминающего развесистый дуб.

Таманцев, сорвав себе с ветки очередной крендель, невнятно ответил:

– Разумеется! Последние пятнадцать лет, как его посадили, питаюсь этими булками.

Люба нахмурилась. Ярослав не был примером здоровья – ни физического, ни душевного. Пробовать калач с таинственного дерева сразу расхотелось. Может, еще не поздно сходить за пирожками?

– Хорошее место. Здесь по вечерам парочки свидания назначают. Между прочим, – добавил Таманцев, – если не знать лазейки, в Озерный сквер так просто не попасть.

Надо заплатить один крупный «теплок» за вход. А все дело в этом дереве. В столице таких много. Есть, кстати, и конфетные. Говорят, конфетки с него не хуже, чем с нашей фабрики. А нам завезли один образец «даром-дерева» и успокоились. Что ж, и на том спасибо! С паршивой овцы хоть шерсти клок…

– Значит, несмотря на обиду на Гриотов, ты торгуешь их коврами, и сахарные калачи ешь, – Люба укоризненно покачала головой.

Вот они – двойные стандарты в чистом виде!

– Красота, окажешься на моем месте, и все поймешь, – Таманцев растянулся на траве во весь рост (он был значительно выше Любы). Его не волновало, что новую одежду, торжественно выданную Даньяром, потом не отстирать. – Конечно, я тебе такого не желаю… Ты меня удивила вчера. Можешь рассчитывать на мою поддержку. Чем смогу, пособлю, не вопрос. А это место… – Таманцев раскинул руки, затем потянул их вверх, словно собираясь сорвать еще один калач, до которого ему не хватало какого-то метра, – эти булки на дереве напоминают мне о том, что ничто не дается даром.

За все нужно платить, как за вход в этот сквер с деревом-магарью.

– Чего? – Люба почесала ухо, – Таманцев, будь проще, и люди к тебе потянутся. Прекращай говорить загадками. К чему ты «запел» про булки на деревьях?

Ярослав вдруг резко подскочил:

– Помнишь, ты спрашивала о первом испытании.