Странница

Думаешь, я брошу тебя на дороге и пойду спать под теплое одеяльце? И это – после того, как я чуть сердечный приступ не заработала, спасая тебя от зомбаков!

– Нептунисов, – величественно поправил ее Слава. – Ты, что, думаешь, приведешь меня к Рэмам, и Дэнька обрадуется новому жильцу? С него станется – выставить нас обоих за порог!

– А ты хорошо изучил меня за прошедшие годы! – из-за поворота дороги показался юный лучник. Судя по кривой ухмылке, Даньяр сейчас был готов расстреливать в упор не только магарей. – Любушек, ты обещала мне не ходить на озеро! Я неясно утром выразился? Или мне запереть тебя под замок, любопытная наша?

– Я просто хотела помочь Славе.

Если бы я не пришла к озеру…Дэн, ты ничего не знаешь! А он топиться собирался! А я его спасла! Вернула к жизни!

– Да не собирался я топиться! – Таманцев сбросил ее руку, и, прихрамывая, пошел по дороге вперед. Он старательно игнорировал Даньяра, каменной статуей преградившего ему путь.

– Ах, он уже и Слава! Быстро вы, ребята, спелись!

– А зачем ты тогда к озеру пришел? – Люба тоже прибавила шагу, и, догнав Таманцева, умудрилась «сдобрить его щелбаном» по затылку.

Слава вдруг опустился прямо на землю, пачкая и без того грязные джинсы, и уставился в хмурое небо:

– Шли бы вы все домой. Оба. Надоели!

Даньяр ответил ему неожиданно спокойно:

– Странница рисковала жизнью, чтобы тебя спасти. Так что, будь добр, не доводи дело до судейства гномов. Расскажи все сам.

– Ну, хорошо, хорошо, – Слава почесал голову сразу обеими руками, после чего принялся накручивать на палец одну из мокрых прядей.

– Вам трудно представить, каково мне тут было. Двадцать долгих лет… Но, пока у меня была работа, я мог чувствовать себя одним из жителей этого мира. Но пришла Люба, и все рухнуло. Прошлое забылось. Появилась новая надежда, новая Странница! Хоть и насквозь фальшивая… А я… Да, что там. Не было у меня никаких заслуг. Все эти годы местные меня ненавидели. А те, кто приезжал из других провинций, смеялись за глаза над неудачником, который завалил первое испытание и прозябает в нищете.

– Печально, – поморщился Даньяр, – но, пожалуйста, покороче и поближе к делу. Причем здесь Нептунисы?

– Мне некуда было идти, когда меня сегодня выкинули на улицу. Если бы я мог убраться из этой провинции… Но я обречен жить здесь из-за заклятия Гриотов. У меня оставалось паленое пиво. Как-то один приезжий торговец выпросил большую скидку на ковры. И я ее сделал. Взамен он пожертвовал мне бочонок.