Милые чудовища

Томным салонным дамам и их кавалерам в белых перчатках надоело держать не только поджарых борзых и тонущих в шерсти персидских котов, но и ярких попугаев, шебутных мартышек, крикливых павлинов и даже надменных верблюдов — все, все решительным образом не годилось, не горячило и не будоражило кровь. То ли дело гарпия, мантикора или, на худой конец, завалящая саламандра… И в этом Бенедикт Брут был с ними согласен, как никто другой. Своей глупой тягой к экзотике великоросская аристократия сильно пополняла и без того не худой кошелек специалиста по редким животным.

Вот и сейчас в новом кабинете доктора расположился необычный господин, по всему видно, что не дворянин, но достаточно состоятельный, чтобы приобрести странного вида птицу с кожистыми крыльями и зубастым клювом, сидевшую у него на плече. Оба, и посетитель, и питомец, были черны как ночь, первый из-за своего строгого костюма, второй из-за редкого окраса, и невнимательному глазу могли показаться одним фантасмагорическим существом.

Увидев клиента, Брут странным образом вскинул брови и заметно помрачнел. Дело в том, что худой и долговязый господин в траурном костюме был почти что копией самого доктора, только состаренной на двадцать лет.

— Доброе утро, — сухо сказал криптозоолог, садясь за стол. — Я вас слушаю.

— Кричит, проклятущая, — без долгих предисловий развел руками человек в черном, и, словно в подтверждение его слов, птица разразилась гневными криками.

— Это баньши, — как слабоумному объяснил сэр Бенедикт.

— Ну так она клиентов пугает. У меня похоронное бюро на Песчаной, — сообщил посетитель то, о чем Брут и так уже догадался.

— Ваших клиентов уже не напугать. Это что, какой-то особый ритуальный юмор — завести себе баньши? — скептически уточнил иностранец, собственный юмор которого был ненамного лучше.

— Да так тоскливо иногда становится среди этих… которые лежат. Ну вот шел я как-то мимо зоомагазина, дай, думаю, зайду животину себе куплю — какая-никакая, а все ж компания.

— Однако, — протянул доктор, восхищенный то ли иронией, то ли находчивостью продавца. — Самки этих птиц совершенно не переносят скучных серых и черных тонов, инстинкт самосохранения запрещает им селиться слишком кучно.