Худший из миров. Книга 1.

Но славный городок Самара, лег на душу тяжелым бременем любопытства, и теперь поганцу страсть как хотелось увидеть хоть одним глазком это заветное местечко.

Собутыльники с комфортом разместились на красивой резной лавочке, в тихом глухом переулке. Они продолжали распевать нецензурные произведения древних мастеров делая редкие остановки для ревизии экспроприированного ящика. Поганцу стало по-настоящему плохо, он лег на край лавки и тяжело дышал.

— Эй, Шкода, что с тобой? — поинтересовался Командор.

— Силы магические кончились.

— Щас мы тебе нальем несколько капель магических сил, — предложил Егор.

— Нет. Мне нужно шкодить, чтоб восстановить силы.

К подельникам не спешным шагом приближались два стражника, видимо кому-то из местных жильцов не очень нравились песни про городок Самару, и он сбегал на ближайший пост стражи. О. Бендер заметил доблестных защитников правопорядка еще на подходе.

— Ща мы вылечим твою хандру, поганец, — Командор присел в плотную к леприкону. — Монетку дай.

Монета леприкона легла в ладонь Командора.

— Так, уважаемые, почему нарушаем? Честным людям спать не даем? — обратился один из стражников к троице.

Олег подошел в плотную к служителям правопорядка.

— Извините нас, мы больше так не будем.

Олег незаметно бросил монетку под ноги стражников. И вернулся к собутыльникам.

Подойдя к лавочке О. Бендер пристальным взглядом, посмотрел на Таранкина и произнес: «Два — четыре!»

Таран даже слегка опешил. (Два-четыре) — это была особая команда в бригаде у Татарина, и не многие вояки понимали, что она значила.

А значила она, дорогой читатель, следующее — готовься к пакости. Так, например, когда вояки скучали, они кидали патрон под ноги мелкоты, а после стравливали пацанов между собой, те дрались за трофей, а бравые вояки получали зрелища. В этой игре каждому отводилась своя роль. И сейчас Олег планировал провернуть подобный трюк.

— Ты только глянь, Командор, да это же монета! — вошел в образ Егор.

Один из охранников поднял монету.

О. Бендер не торопясь вернулся к стражнику.

— Ох ты, повезло тебе парень! — Командор сделал изумленное лицо, — да ведь это же золото леприкона, такая монета миллион стоит.

Оба охранника потеряли дар речи.

— А чего это ему повезло? — влез в разговор Таранкин, — вон тот первый ее заметил, я своими глазами видел.

— Не важно кто увидел, важно кто поднял, — вступился Командор за первого охранника.

— Да сейчас! Кто увидел первый того и монета.