Худший из миров. Книга 1.

А терять лут, из-за твоего лоховского мешка не очень хочется.

— Я туши потрошу быстро, и тащить могу тонну двести.

— Да какая разница сколько ты тянешь, если тебе лут складывать некуда!

Бронированный гном отмахнулся от здоровяка и отправился восвояси. Немного погодя история повторилась вновь, на этот раз лидером команды был орк и разговор был на много короче. Своими формами Таранкин походил на гориллу, голова и плечи были посажены плотно и покрыты шерстью, остальная часть тела была лишена шерстяного покрова и имела бурый окрас.

Что-то шевельнулось глубоко в сознании Командора, когда он услышал имя здоровяка.

Давным-давно, в том мире, он знал человека — героя первой компании с такой фамилией. Тот человек — Егор Алексеевич Траранкин, положил свою жизнь, чтоб его сослуживцы выбрались живыми, и рядовой Олег Евгеньевич Бендер был в числе тех сослуживцев. Подвиг героя Таранкина, был вписан в учебники истории золотой главой. Правда ходили слухи, что он не погиб, а очень сильно пострадал и вроде как его нервную систему отделили от тела и привязали к основному контуру.

Но насколько это была правда никто доподлинно не знал.

— Эй! Уважаемый! — окликнул Командор невезучего Таранкина.

— Ты, мне? — удивился мул.

Олег в знак согласия кивнул. Мул Таранкин перешел улицу и подошел к столику:

— Чем могу?

— Я гляжу, ты работу подыскиваешь?

— Есть, такое, — согласился Таранкин. — А что, есть какое пати?

— Пати нет. Работа есть.

— Что за работа? — спросил крайне заинтересованный Таранкин.

— Вакантное место заместителя директора по логистики и мерчендайзингу, — произнес Олег Евгеньевич с совершенно серьезным лицом.

— Чего?! — Изумился Егор.

Того Егора Таранкина О. Бендер знал хорошо. Он был приписан к соседней бригаде, но практически все время проводил со своим другом детства Татарином и его сослуживцами. Егор был простодушен, и сослуживцы частенько над ним подшучивали, впрочем, он никогда не обижался. А когда дело доходило до рукопашки в каком-нибудь баре, ему просто не было равных.

Похождения по кабакам и борделям оканчивались похмельным раскаянием несмотря на свой шабутной характер, Егор обожал свою жену и дочку. Еще у Егора была одна характерная присказка, когда он садился обедать перед началом процесса он обнюхивал тарелку и произносил: «еда — всему голова». Выглядело это своеобразно, но вояки люди суеверные и ритуалы напарников старались не обсуждать, какими бы странными те не казались.