Худший из миров. Книга 1.

 Вера в непогрешимого букмекера заколебалась в душе алчущего болельщика.

— Да он в упор по воротам попасть не может.  В последней игре из отданных ему пяти пасов в ворота прилетело ноль. Он даже в створки ворот ни разу не попал.

— Ну и конечно, ты никогда в жизни не стал бы ставить на него?

— Само собой, — согласился Мерин, — никто не стал бы на него ставить.

Командор тяжело вздохнул:

— Мерин, я не ясновидящий, я букмекер. Я не угадываю, я точно знаю. Если ты сомневаешься, то не ставь. Но я выдал тебе инсайд и хотел бы поиметь с этого хотя бы что-то.

— Что поиметь?

— Ну хотя бы посмотреть на твое лицо. Когда ты поймешь, что все мои прогнозы сбылись. И ты мог стать миллионером на ровном месте, а вместо этого ты усомнился и будешь дальше влачить жалкое существование выплачивая долги.

 В душе простоватого охранника шла нешуточная борьба. Жадность и вера в чудеса сошлись в неравном бою с логикой и здравым смыслом.

— Семен, охранник на каторге, тоже сначала относился скептически.

— Германия — Италия? — решился Мерин.

"Мастер инсайда" улыбнулся:

— Германия с любым счетом.

В глазах болельщика светился немой вопрос.

— Макаронники облажались на прошлом чемпионате. А в этом году фашистам разрешили разделать их под орех, — пояснил Командор, — счет может быть какой угодно, но в пользу немцев.

 Мерин начал собираться впопыхах. Он привязал лошадь к фургону, а себя к лошади.

— Эй постой, Мерин! — Обратился Шура к охраннику, — А ты, когда назад вернешься?

— Да ХЗ.

— Эй, а как же обед? — не унимался "талантливый аналитик".

— Это покормит, — мотнул головой в сторону легра без пяти минут миллионер.

 Взгляд охранника помутнел, и Мерин отправился в лучший из миров.

Снежана засуетилась за спиной.

— И куда это мы собрались? — поинтересовался "талантливый аналитик".

— Да мне тут надо отлучиться, — начала лепетать гоблинша.

— Шура, я так думаю, что ваша протеже собралась поднимать миллионы.

— А чем я хуже Мерина?

 После этой фразы компаньоны катались по полу, держась за животы. Снежана стояла в недоумении, не понимая причин смеха попутчиков. Немного отойдя, Шура просветил свою протеже в области театральных афер. После объяснений гоблинша почувствовала себя полной дурой и даже слегка покраснела, насколько может покраснеть зеленокожий гоблин.