Прошка Лебеда и жезл некроманта

Старуха тем временем извлекла откуда-то мешочек с травами. Стала их перебирать. Время от времени замирала, как будто припоминая, что и для чего нужно использовать и в каком порядке сыпать. Потом дала команду, и к чану подставили длинную лестницу. Не опасаясь, что костер перекинется на хрупкую деревянную конструкцию, старушка забралась на самый верх и отправила в воду содержимое мешочка. Вода забурлила так, как будто в нее кинули бадью с пищевой содой. Яга и ухом не повела. Также спокойно спустилась вниз и направилась в сторону воеводы и инквизитора, которые в этот самый момент появились на площади.

— Раз тудыт, вашу не балуйся! — заверещала она чуть не на всю площадь. — О таких вещах заранее предупреждать надо. Это вам не кашу сварить. Магия, как никак. А ежели бы у меня трав нужных не оказалось?

— Прости, бабуль, — замялся воевода, переваливаясь с ноги на ногу. Боль в седалище давала о себе знать. — Раньше не могли. Только-только приговор вынесли, — воевода подошел к Яге вплотную, шепнул на ухо: — Вообще-то я его порубить хотел, но отец-инквизитор настоял…

— Это за что же ему такая честь? — зашептала в ответ старуха.

— Не простой! — уже громче заметил воевода. — Некромант!

— Некромант? — удивилась старуха и внимательней посмотрела на связанного Прошку. Затем ухмыльнулась и хлопнула себя по лбу. — А я думаю, где я этого необъятного видела? У Марьянки живет. Так ведь?

— Жил! — поправил старуху инквизитор.

— За какие-такие прегрешения? — не унималась Яга.

— А! — махнул рукой воевода. — Марьяне хвост обеспечил.

— Иди ты! — изумилась старуха. — И за это его в медведя?

— Да нет же, — покачал хмельной от вина головой воевода. — Осужден за преступную халатность. Я из-за него в поход не попал.

Обошлись без подробностей. Яга спохватилась и ринулась обратно к котлу, где двое дружинников, притащив откуда-то кузнечные меха гигантских размеров, собрались раздуть пламя.

— Стойте, ироды! — заверещала она. — На малом огне снадобье варить треба. Куда дуть собрались?

Она лихо подскочила к закованным в сталь воинам. Вмазала одному из них подзатыльник. Тот смиренно вытерпел. Было похоже, что никто, включая воеводу и самого отца-инквизитора, не горел желанием связываться со старушкой.

— Несите лестницу туды! — ткнула она пальцем на противоположную сторону котла. — Семядвижник с той стороны сыпать надо.