Как я учился в магической школе (Ученик поневоле)

На ней были только чёрное кружевное боди, чулки на подвязках и тонкие, закрывающие предплечье кружевные штуки, названия которым я не знал.

— Готов? — спросила она, и я, чуть нервно кивнув, поднялся и спустил трусы. — Ты точно не импотент? — со скепсисом посмотрела на мой «прибор» девушка.

Я, смутившись, начал бормотать что-то про холодную погоду, нервы и усталость после тренировок.

— Ладно, попробуем ещё раз, — вздохнула она и, решительно подойдя, толкнула на матрас.

Щёлкнула неприметная застёжка, и верхняя часть боди раскрылась, демонстрируя идеальной формы полную и совсем не отвисшую грудь.

— Нравится?

Я судорожно кивнул.

— Ну же, потрогай их.

Протянув мигом вспотевшие руки, я коснулся бархатистой кожи, огладил, сжал вставшие под моими пальцами соски…

Дав мне пару минут полапать, Элеонора отстранилась. Уже прочно оседлав меня, она щёлкнула ещё одной застёжкой, открывая взору область меж её ног.

— А там?

Сглотнув, я снова кивнул. Сердце застучало часто-часто, и от волнения буквально залихорадило.

— Тогда почему он до сих пор лежит?

Я взглянул на предательски расслабленного «друга». Умом-то я прекрасно понимал почему. Стресс, волнение, страх в конце концов не оправдать надежд… Да и вообще, это ж словно сходу взять и в порнухе сняться! У многих ли получится перед камерой и десятком людей съёмочной группы не осрамиться? Пусть даже перед ним и будет лежать голая красотка, но… это же как работа, а у многих ли на работу встаёт? Вот и я сейчас испытывал что-то подобное. Может, потому что понимал, что это всего лишь эксперимент, может, не было эмоциональной связи с партнёршей, а может, мне было попросту некомфортно в её обществе.

Вот только как это объяснить ей?

— Понимаешь… я не могу вот так, легко и просто. Для меня это нечто больше, чем просто физиологическая потребность. Мне надо как бы… ну… чувства, интерес. Ну, не любовь, конечно, — я почувствовал, как краснею под её взглядом, — но определённая симпатия должна быть.

— Тьфу! — соскочив с моего тела, она вновь застегнулась в боди и, почти с отвращением взглянув на меня, грязно выругалась.

Я сел, виновато потупившись.

— А в следующий раз ты скажешь, что до свадьбы ни-ни?

Я покраснел ещё сильнее, а магистерша, снова превратившись в облачко, выпорхнула в окно и была такова…

Сейчас же, выплыв из воспоминаний, я посмотрел на Сергея и буркнул:

— Не, не вышло ничего.

— Ладно, бывает, — легкомысленно пожал тот плечами. И я был ему благодарен за то, что он не стал заострять на этом внимание.