Как я учился в магической школе (Ученик поневоле)

В частности, «Аделар» было семейной фамилией виконтессы, и то, что она стала двойной, свидетельствовало, что муж тоже из благородного сословия. А вот «Рацс» было фамилией уже не семьи, а рода, в который, как правило, входило несколько семей с разными фамилиями.

Кстати, надо будет как-нибудь поинтересоваться у Сергея, «Рацс» — родовая фамилия жены? Потому что если так, то, значит, Глушакова приняли в род жены, а не он забрал её в свой. Хотя какой у него род, если он здесь, как и я, человек практически без прошлого.

Кстати, помимо приставки «ин» я с горем пополам разобрался ещё и с приставкой «су», которой щеголяла Элеонора, ставя её вкупе с названием Империи впереди обозначения рода. Это было ни что иное, как особый титул-звание, не передающийся по наследству, но свидетельствующий, что обладатель его сделал что-то очень значительное, отмеченное самим Императором.

Виконтесса в ответ на мои неуклюжие расшаркивания лишь дёрнула раздражённо плечиком и, ни слова больше не говоря, с гордым видом вышла из палаты.

— Ты прости её, — чуть виновато попросил Сергей. — Она слишком переживает.

— Любит, — ответил я. — Завидую.

— Тебя вон целый взвод девчонок любит, — хитро заулыбавшись, отбрил он.

— Юрьич, ну хоть ты не подкалывай, а? — с укоризной посмотрел я на товарища.

— Сам эту кашу заварил, сам и расхлёбывай, — наставительно заявил Глушаков.

— Я жертва обстоятельств.

— Жертва, как же, — Сергей хохотнул. — Я всего на два часа раньше тебя очнулся, и то уже знаю, как ты в общаге дверь в комнату третьекурсников вынес под заклинанием щита. Страшно даже подумать, с какими целями.

— Откуда?

— Да вот, из газеты. Местная академская, студенты в основном пишут.

— Дай, — попросил я и получил сложенную вчетверо газету.

Развернув, мельком прочёл название: «Магический вестник».

— На второй странице, — подсказал Глушаков.

Пробежав глазами по полосам, я прикипел к статье, выделенной жирной рамкой и крупно озаглавленной: «Зло над головой. Тёмный властелин чердака!»

— Да какой я вам «тёмный властелин»? — пробурчал я тихо. — Вы ещё настоящего тёмного «властелина с вазелином» не видели.

А борзый писака, скромно не подписавшийся под статьёй, меж тем бодро прохаживался по моей личности.