Как я учился в магической школе (Ученик поневоле)

— Походишь месяцок с моими девоч… студентами, там и поймём точно.

— И всё-таки, — продолжал я упорствовать, чуя здесь какой-то подвох, — зачем это вам? Про меня, знаете, разные слухи ходят. Эльфы вон ополчились, да и пол-академии косо смотрит: основателя убил, демона вызывал, демонологов к тому же двух убил, инквизицию вообще обманул…

После этих слов студентки огненной кафедры за спиной Райлы, что и так чувствовали себя не в своей тарелке, и вовсе смертельно побледнели и начали дёргать женщину за полы мантии.

— А ну брысь, дурёхи! — зло рявнула на них магичка, оборачиваясь.

Тех тут же сдуло словно ветром, а Райла, чуть восстановив душевное равновесие, теперь уже холодно взглянула на меня и сквозь зубы прошипела:

— Ну смотри у меня, уникальный ты наш. Не хочешь по-хорошему — можем и по-плохому.

После чего, гордо задрав голову, удалилась.

— И что это было? — задумчиво пробормотал я, потирая подбородок, на котором пробивалась двухдневная щетина.

— Эта дрянь хотела тебя! — безапелляционно заявила незаметно оказавшаяся рядом Эльза.

— Ну не такой уж я и мальчик, — попробовал я хмыкнуть.

— Смотря для кого, — покачала головой девушка. — Про Райлу Мэдрэ могу сказать с уверенностью, что ещё моя бабушка в бытность студенткой академии о её похождениях невероятные истории слышала.

— Погоди, она же вроде Канари?

— Это по последнему мужу, — махнула рукой Эльза.

— Это ж сколько же ей? — удивлённо пробормотал я.

— Ну, лет сто-сто двадцать, не меньше.

— Хорошо сохранилась, я бы больше тридцати не дал.

— Чем сильнее маг, тем медленней он стареет, — философски пожала плечами Эльза.

А затем ко мне началось буквально паломничество. Весь стихийный факультет, тёмный окромя демонологов, да даже светлый — все вдруг воспылали желанием заманить меня в свои ряды. Кто посулами, кто угрозами, один раз — откровенным подкупом.

Но я отказал всем. Просто потому, что было абсолютно непонятно, с чего я вдруг их так заинтересовал, а неизвестность, знаете ли, пугает.

Сколько врагов нажил — не знаю, наверное, немало. Впрочем, друзья-то у меня тоже имелись. По крайней мере, один точно — Глушаков. Вот к нему я и решил пойти за разъяснениями, наплевав на последующие пары — там и так ничего интересного не намечалось — и сказав девчонкам, что ухожу по важным делам.