Как я учился в магической школе (Ученик поневоле)

— Пойдем со мной, а? Тут чудесные номера с видом на башни академии, вместе полюбуемся…

— Хм… — чуть критически оглядела та парня, который особыми габаритами не выделялся. У меня было затеплилась надежда, что она его отошьёт — всё-таки я был значительно выше и крупнее, а женщины, как известно, шибздиков не особо привечают, — но тут он добавил:

— Ты не думай, я не простой смертный, — тут последовал чуть пренебрежительный кивок в мою сторону, — я — маг жизни. Гарантирую, всю ночь тебе заснуть не дам.

— Правда? — тон её изменился на заинтересованный, а у меня сразу упало настроение.

— Правда-правда.

Рука нахала с талии переползла ниже, впиваясь в упругую задницу девушки.

— Ну раз приглашаешь… — поощрительно улыбнулась та.

— Конечно же приглашаю, — осклабился парень.

— Тогда пошли.

Она встала, бросила на меня, мрачно уткнувшегося в кружку, чуть задумчивый взгляд, но переведя его на парня, вдруг как-то предвкушающе облизнулась и, эротично поводя бедрами, обнимаемая его постоянно ощупывающей её талию, бедра и задницу рукой, направилась к лестнице наверх.

«Напьюсь, — мрачно подумал я, провожая их тяжёлым взглядом. — И хрен оно всё с ним. Просто напьюсь».

Посетившее меня разочарование было столь велико, что я, уже не обращая никакого внимания на окружающее, принялся тупо глушить пиво.

Выключился я прямо там.

***

Утро было отменно отвратительным. Дикое похмелье, жёсткая лавка, на которой я отлежал себе всё тело, да вдобавок ещё и удар затылком об столешницу, когда я попробовал встать.

— Грёбаное пиво, грёбаные бабы, грёбаная академия… — пробормотал я, со стоном садясь за тот же самый стол, за которым, по-видимому, и отрубился.

Но стоило мне разлепить глаза, как я замер с полуоткрытым ртом.

Нет, я понимал, что утром ночного веселья уже не будет, ибо все или расползались по комнатам, или, как я и прочие пьяные неудачники, дрыхли прямо в зале, но вид очередной боевой группы инквизиции даже головную боль отодвинул на второй план.

Суровые воины в количестве минимум десятка, рассредоточившись по залу, держали под прицелом лестницу на второй этаж.

— Извини, — морщась от прострелившей голову боли, обратился я к ближайшему стражнику, — а что случилось?

— Убийство, — лаконично ответил тот.

— Кого? — ошарашенно спросил я.

— Студента академии.

Тут по лестнице спустились двое стражей с носилками, на которых лежал белый до синевы и какой-то даже усохший труп.