Доля отцовская

Особенно, если учесть, что проснувшаяся ну-у совершенно не кстати внимательность тихо подсказала, что называть весьма красивую девушку девочкой уже неразумно. Да и после того, как она рассталась с мешковатой одеждой, позаимствовав пару вещей у дочки, у нее обнаружилась замечательная фигура. Вдруг…

Алив Пресветлая! Все. Пора на пенсию…

– Пап, скажи, а мы не будем привлекать внимания с таким средством передвижения? – Юльтиниэль тем временем обходила Ночь по кругу. Под правым глазом дочки медленно вырисовывался огромный синяк.

На скуле красовалась шикарная царапина.

Император, уже сидя на своем фиолетовом Демоне, перевязывал руку. А синяк у него проступал под левым глазом. Видимо, для симметрии.

Да! Ничего не скажешь, хорошо порезвились, детки! В следующий раз не буду давать им выпустить пар – сразу холодной водой оболью. Это просто с утра я так опешил от вида лошадей и не сразу понял, что началась драка.

– Нужно было раньше думать, леди, прежде чем Демона красить, – усмехнулся Крис. Порылся в небольшом вещевом мешке, достав темную тунику с длинными рукавами взамен порванной рубашки.

Медленно стащил с себя обрывки одежды, особо не заботясь, что среди нас есть дамы.

И да! Сработало! Маришка полностью переключилась на почти обнаженного императора. Даже Юльтиниэль с недовольным выражением на лице скосила заинтересованный взгляд.

Наверное, это из-за татуировки, которая украшала торс Кристиана. На спине был изображен тонкий кинжал, словно врастающий в поясницу. Каждая деталь оружия была прорисована до мельчайших штрихов – непонятные руны по странно изгибающемуся лезвию в переплетении резких линий, простая рукоять со страной зазубриной.

Сам кинжал кончиком хвоста держала гигантская змея, которая и обвивала прочным захватом тело императора. Также на коже проступал растительный узор из гибких стеблей, трилистников и лилий. Змейка поменьше также крепко сжимала его левое предплечье.

Эта метка была у него с самого рождения. Сейчас уже никто и не припомнит, от какого народа пошла такая непонятная особенность, но каждый правитель появляется на свет со своим узором и знаком на теле.

Помню, какой был скандал, когда Ричард в первый раз увидел сына.

Змея! Существо, которое может принадлежать только одной стороне – темной. И четное, несчастливое число. Худшее, что можно представить для будущего императора. Хотя нет, ошибся – лилии были куда хуже. Женский знак: непорочность, чистота и… ложь… трактовок было предостаточно.