Недеццкие сказки для перешкольного возраста

Вот тебе сейчас предоставляется шанс одну из таких ошибок исправить и сочетаться браком с достойным человеком.

– Это с кем? С Импасиблом, что ли?

– Ну да, – кивнул царь. – А записи о первом браке мы удалим.

– Позвольте полюбопытствовать, каким образом?

– Я уже все придумал, – радостно потирая ладони, принялся объяснять Златофил. – Прикажу писцам, перепишут весь тот том церковный, где про вас. Только строки о вашем с Ванькой бракосочетании пропустят. Ну, знаешь, где промежутки между буквами побольше…

– Кернинг.

– …где и строки пожиже…

– Интерлиньяж.

– где и сами буковки повыше…

– Кегль.

– Да что ты меня все перебиваешь, еще и по-иностранному! – нервно дернулся царь всем телом. – Я с тобой о серьезном, о будущем. А ты кривляешься.

– А что еще мне делать прикажете, папенька? У меня есть муж, и где бы он ни был, каким бы он ни был, я его, во-первых, люблю, во-вторых, жду, в-третьих, каким бы он дураком не был, это мой дурак и менять я его ни на кого не собираюсь.

– Да ты погоди, доченька, ты присмотрись-приглядись, подумай хорошенько…

– Да не люб он мне.

– О будущем царства Тридевятого. О репутации. Обо всем, что непосильным трудом нажито, – сообщил царь и позвенел ключами от хранилища перед дочерью. Это ж все тебе перейдет. А коли против, то завтра же прикажу развезти все эти чудеса и в болотах притопить, в полях прикопать.

Василиса молчала. Перспектива лишиться волшебных артефактов, собранных по всему Тридевятому царству, была безрадостной. Доступ к ним и так был ограничен, а охрана усилена с того самого момента, как Кащей, не без помощи Василисы, выкрал свою иглу.

Царь немного постоял, глядя на кусающую губы Василису, и подытожил:

– Ну, вот и славно. К обеду стол накроют. Будет в честь гостя представление. Так что, ты себя в порядок приведи, мысли в кучу собери и не подведи папеньку. Хорошо? – попросил царь, выходя из комнаты дочери и тихонько прикрывая дверь.

Василиса, дождавшись пока стихнут шаги, достала тарелку, положила на край яблоко и легонько его толкнула.

– В обед, – сказала она, когда появилось изображение.

* * *

Ветер, гулявший сквозь окна верхнего этажа Кащеева замка, слегка подвывал на поворотах. Яга, расставив вокруг себя баночки и горшки, возилась около лабораторного стола. Кащей рылся в сундуке.

– Не люблю я этого всего, – недовольно бурчал он себе под нос. – Карнавалы, переодевания, маски, притворство.