Недеццкие сказки для перешкольного возраста

СЕЙЧАС

Каждый раз, когда Яга отдавала предпочтение мухоморам вместо алкоголя, на нее нападал жор вкупе с немотивированным желанием поспаринговаться. И если среди противников не находилось того, кто мог лишить ее сознания, то заканчивалось все уложенными в штабель добрыми молодцами и попавшими под горячую бабкину руку красными девицами. Когда противники заканчивались, старушка начинала налегать на еду, закидывая в себя все съестное, до чего могла дотянуться. А когда наступал отходняк, Яга, обычно, вертясь перед зеркалом, разглядывала прибавившую в объеме фигуру, стараясь прогнать из воспоминаний вчерашние хуки, апперкоты, подсечки, запрещенные удары промеж ног и прочие атрибуты мухоморного берсерк-режима.

Нынешнее утро отличалось лишь тем, что вместо зеркала у старушки было отверстие старого колодца, в котором она застряла.

– Чем глубже нора, тем интереснее в нее падать. Главное, не есть слишком много пирожков с незнакомых столиков, – бормотала Яга, пытаясь протиснуть свое раздобревшее туловище в жерло колодца.

Получалось очень медленно, и она возмущалась себе под нос, дергая ногами в такт каждому слову.

– Гребаный. Мать. Его. Метаболизм. Нельзя. Было. До. Вечера. Подожда-а-а-а-а-а-ать… – заорала она, набирая скорость.

Вопль закончился беззлобным матом, обозначившим момент соприкосновения с дном.

Яга встала и огляделась. Прямо перед ней начинался ничем не подсвеченный, выложенный камнем проход. Старушка хмыкнула и шагнула в сырую темноту тоннеля. Прошаркав на ощупь пару десятков шагов, она, наконец-то, догадалась отцепить от пояса перемотанную промасленной тряпкой ветку и чиркнуть над ней несколько раз огнивом.

Факел занялся сразу же, высветив сырые камни тоннеля, очертания трех дверей метрах в двадцати впереди и три пары отражающих свет пятнышек, судя по всему, чьих-то глаз. Яга пожала плечами, двинулась вперед, и вскоре факел осветил обладателя отражающих факел зрачков. Точнее, обладательницу.

– Надо было Горыныча сюда отправлять, – усмехнулась старушка, разглядывая трехглавую собаку.

– И тебе здравствовать, – ответила средняя голова собаки-мутанта.

– Ты как здесь оказалась, Цербера? – делая ударение на второй слог имени, поинтересовалась Яга.

– Лето, сезон отпусков, – пояснила левая голова, – подменяю вот.

– За троих, значит, работаешь? Надоело, небось?

– Аж вою с тоски в темноте да сырости. А тут еще блохи. Кто их только выдумал? – зверюга принялась чесать задней лапой затылок левой головы.