Повседневная Жизнь Разорителя Миров

— Младшая боевая сестра Ли, ты мне не поможешь? — смиренно попросил я помощи у девятилетней девочки со всем требуемым ей самой титулованием.

В это время Айя Ли махала полутораметровым мечом, словно ивовым прутиком. Только мощные порывы ветра от взмахов и острая ци говорили о том, что клинок далеко не игрушечный. Да и поляна, где она тренировалась была распахана, как после бомбардировки.

Сереброволосая девочка оказалась настоящим гением в культивации и реальным чудовищем в силе. Всё-таки иметь небесное телосложение, это большое преимущество.

Монстры с такой особенностью даже не культивируя сильнее обычных людей. А стоило ци наполнить их даньтянь, как их мощь многократно возрастала.

Я совсем не уверен, что смог бы победить её, даже будучи на ранг выше. Айка — человек для которого не существуют ограничения.

Еретический гений… Отличное определение для таких, как она.

— Хорошо, старший брат, — согласилась Айка, на удивление покладисто, и прекратила свою тренировку.

Я аж подавился своими мыслями.

И быстро убежал к себе.

— Спасибо, сестрёнка, — встретил я её, когда она подошла к столу, где я практиковался.

Девчонка скривилась, то ли на обращение, то ли на заваленный предметами стол. Айка не любила ни то, как я коверкаю её имя или обращения к ней, ни бардак, который вечно возникал сам собой.

Но почему-то он появлялся только рядом со мной. Словно злой дух ходил за мною по пятам. Неужели я проклят?..

— Сейчас всё уберу.

Решил я устранить, как минимум, одну из причин её возможного недовольства.

Всё-таки её помощь сейчас мне была просто необходима.

Прошло уже две недели. А в создании талисманов я оставался на том же уровне, что и вначале, то есть на нулевом. Но как по-другому, ведь это, как китайская грамота.

"С твёрдой дланью и горячим сердцем отобрази на листе намерение защитить. Пиши иероглиф "дом и очаг" так, будто твоя душа в объятиях матери".

Ещё и приписка — "Только кровь истинных сына или дочери сможет защитить дом".

И как это, к перцам, всё понять? Если с рисунком иероглифа и крепкой рукой всё более или менее ясно, то, что делать с горячим сердцем, с объятиями матери или с сынами и дочерьми?

Айя, тем временем, прочитала текст.

На мгновение задумалась, а после взяла один из специальных листов. Затем проколола палец ножом, который достала из специального артефакта-кольца, моя вечная зависть. Обмакнула кисть в свою кровь и одним, слитным движением нарисовала символ.

Надпись вспыхнула золотым, затем погасла, став чёрной.