Вот это попадос!

— Гарема! Видел бы ты их мамашу, вот кто настоящая повелительница! С такой свекровью и мужей не надо! А уж кто за кем бы в итоге жил — тот еще вопрос!

— Ладно, давай показывай, что ты там набрала, добытчица.

Видимо, кое-кто успел проголодаться после утреннего обжорства. А тут и Ульт приземлился, тяжело дыша с непривычки: крылья-то наверняка ослабли. Со своей длинной шеей и вездесущей мордой дракон тут же полез в мешок.

— Окорок — мой! — сразу обозначила я дракону с эльфом.

А то знаю я присказку про большую семью!

Вот, вроде такой здоровый мешок притащила, а после обеда в нем не осталось и половины.

И это при том, что дракон, судя по тяжелым вздохам, уходил с легким чувством голода и вполне мог схомячить еще столько же.

— Не хочешь понести? — кивнув на мешок, предложила темному я.

— Это же твоя добыча, ты ради такого обеда чуть замуж не вышла, так что неси уж дальше. Или на Ульта погрузи.

— Нет, боюсь, нам тогда на ужин ничего не останется.

Пришлось тащить. Дорога становилась всё шире и оживленнее, мы с Луаронасом шли с краю, обходя повозки или целые караваны.

Встречались, конечно, и одиночные путники или небольшие группы, но реже. Ульт парил в небе, наверное, соскучившись по полету, пусть и каждые полчаса спускался на землю, чтобы, передохнув, снова взмыть ввысь.

День прошел без приключений, а вечером мы остановились на ночлег недалеко от какого-то поселения. Эльф высказал предположение, что так близко от Авардона нечисть не должна нас побеспокоить и можно смело ложиться спать.

Но на всякий случай лучше организовать дежурства.

Сидя у костра и поедая наши припасы, мы устроили прощальный ужин. Луаронас невзначай заметил, что по такому поводу я могла бы и бутылочку чего-нибудь покрепче в деревне раздобыть, за что выслушал от меня длинную лекцию о вреде алкоголя для всех — а для него, получившего недюжинную силу, в особенности. Надеюсь, он проникся.

— Слушай, — вспомнила я сегодняшнюю сцену сватовства, — а тебе что-нибудь известно о наших, орочьих, свадебных обрядах?

— Да какие обряды, скажешь тоже, — поморщился эльф.

— У вас всё просто, как прямая палка: совокупились перед всем племенем — значит, женаты.

Ох, точно я не зря от орков сбежала!

— А какие-нибудь символы, вроде обручальных браслетов?

— Это ты у меня спрашиваешь? — поразился эльф.

— Мне в деревне сказали, что раз уши не проколоты, значит, я свободна. А мне такой расклад не очень нравится — пусть лучше люди думают, что я замужем.