Вот это попадос!

— Ерунда, — не согласился Луаронас, — светлые никогда не проклянут ребенка, это стечение обстоятельств. Такое часто бывает, когда у двух магов рождается незапланированный ребенок. Поэтому маги всегда готовятся к появлению на свет потомства, чтобы никаких конфликтов магии и последующих осложнений не возникло. Так что проклятье — это, скорее, не более чем красивая и жалостливая история, которыми овеяны жизни многих бродячих исполнителей.

— Надеюсь, она здесь не одна, ребенок ведь совсем, — вслух подумала я.

— Одна, — уверенно ответил темный.

— Она в соседней со мной комнате остановилась и путешествует только с лютней.

Я тяжело вздохнула, вспомнив те многочисленные неприятности, в которые мы уже успели попасть за относительно недлинный путь. Сколько же прошла эта девочка? И через что она прошла?..

То ли день такой непростой, то ли эмоции и переживания, но сон и тяжесть опустились на меня, грозя придавить прямо к столешнице, — если не в салат, так в недоеденное жаркое. Я честно боролась с сонливостью, но получалось плохо, и в итоге эльф встал и потянул меня, сообщив, что завтра в путь и надо как следует выспаться.

— Луаронас, — остановила я эльфа перед тем, как мы разошлись по разным концам таверны. — Спасибо тебе за все: за ужин, за музыку, за нашу дорогу. Ты настоящий и самый лучший друг, — неожиданно даже для себя выдала я.

Эльф как-то странно посмотрел на меня, развернулся и ушел к себе, ничего не ответив на внезапное признание. Я же зашла в комнату и вырубилась, едва дотронувшись до подушки, как в воду, нырнув в мутный и размытый сон, в котором одни лица сменяли другие: то прекрасный незнакомец, то Тинарис, то Луаронас, а в конце девочка с лютней, прямо и настороженно смотрящая на меня большими фиалковыми глазами под пушистыми и светлыми, медовыми ресницами.

Она не могла ничего сказать, просто указала пальцем куда-то мне за спину, а потом схватила меня за плечи, заставляя развернуться и посмотреть.

15. Огнедышащий дракон

— Гхыш, поднимайся! Быстрее! Ну давай же!

Я нехотя разлепила веки.

Голова была тяжелая и от подушки отрываться не хотела. Взъерошенный темный с моим рюкзаком за спиной и лихорадочным блеском в глазах бесцеремонно тормошил меня за плечи, постоянно оборачиваясь на дверь.

— Луаронас, — я взглянула на окно, за которым едва брезжил рассвет, — рань несусветная. Еще спать и спать.

— Некогда спать! — почти выкрикнул эльф. — Сейчас сюда нагрянет мой братец с друзьями. Думаю, в этот раз он лучше подготовится.