Управлять дворцом не просто

Я постаралась сказать пару утешительных слов, но никакого действия они не имели. Напротив, господин Саржо всхлипнул как-то особенно жалобно и протянул мне счеты, которые до сих пор трогательно прижимал к груди:

- Вы только п-посмотрите, что он д-делает, упырь п-проклятый.

Да, счеты были основательно погнуты и местами покусаны, или мне это показалось. Было бы даже жаль этого тщедушного и всеми обиженного человека, если бы я не видела его за исполнением своих профессиональных обязанностей. Но это совершенно другая история, и мы к ней еще вернемся.

- Пойду, поговорю с ним, - я деликатно отодвинула от себя протянутые счеты, - А Вы сходите на кухню, водички попейте. Счеты мы Вам новые купим.

- На какие же это деньги купим? - начал возмущаться прижимистый казначей.

- Господин Гальяно купит, - успокоила я его.

- Тогда ладно...

Проводив взглядом худую долговязую фигуру господина Саржо, пока она не скрылась за поворотом, я взялась за ручку двери. За стеной подозрительно грохотало, слышались тяжелые шаги и отдельные восклицания.

Я резко открыла дверь и предусмотрительно пригнулась. Не сделай я этого, то получила бы чернильницей в свое не шибко распрекрасное, но от этого не менее дорогое личико. Убедившись, что больше письменные принадлежности в воздухе не летают, я распрямилась. Господин Гальяно был страшен в гневе, но выглядел при этом примерно как красный усатый бык в панталонах - мне смешно, а другие шарахаются.

Не знаю, как лучше было бы вести себя в сложившейся ситуации, но при общении с дворецким я обычно предпочитала холодную вежливую чопорность, хотя бы для контраста. Не скажу, что метод успешный, но бушевать с ним на равных у меня не хватало темперамента. Поэтому, скорее волшебные гномики приведут в порядок королевский сад, нежели я сейчас заговорю первая. Во-первых, мой отец младший лорд, а во-вторых, я женщина и здороваться первой не обязана, тем более в такой момент.

Итак, я ждала, наблюдая за изумительными переливами цвета на лице дворецкого. Сначала он покраснел еще сильнее (я даже испугалась, что скоро он сольется с бордовыми обоями), но затем, видимо, в голову ему пришла какая-то гениальная мысль, и цвет его кожи стал стремительно приближаться к общечеловеческому.