На всю жизнь и после. Том I

Борису, который сменил множество работ, известно не понаслышке, каково это перестраивать налаженный распорядок дня: вставать по утрам в непривычное время, идти в другую сторону, переучиваться и выслушивать новые нравоучения. Ещё важно, чтобы первое время очередное начальство чаще улыбалось новичку. В его памяти хорошо отпечатались все эти улыбки, которые появлялись как по нажатию кнопки и так же быстро исчезали. Пропадали они, к слову, постепенно, чем дольше работаешь, тем больше слышишь вместо одобрения упрёки и строгость.

Он помнил всё, что чувствовал в те годы и не хотел, чтобы это повторилось, но ему было интересно, как он отреагирует на подобное отношение, будучи бесчувственным.

– У меня всё ещё плохо получается доставать безин из людей. Как думаете, практика у Аристократа поможет мне в этом деле?

– Тебе поможет любая практика. Что было твоей основной ошибкой? – сказал Виктор встал перед Борисом, заложив руки за спину.

– Я пропускал их чувства через себя. Если это было что-то смешное, мне хотелось смеяться, а если это было что-то грустное – то плакать.

– И на прошлом сеансе ты заржал во весь голос, когда набивал глаза на затылке того парня.

– А вам спасибо, что стукнули.

– Если бы я не стукнул, ты бы стал одержимым. Тем более, это помогло успокоить того парня.

– Вот я и говорю спасибо.

Со стороны могло показаться, что эти двое находятся под действием седативных препаратов. Учитывая содержание разговора, нельзя было общаться так спокойно и равнодушно.

– Ты должен пропускать через себя накопившиеся в человеке чувства и эмоции, но они должны огибать твои ещё не остывшие рецепторы.

Попробуй не проявлять эмпатию в такие моменты. Люди для нас важны, но нужно относиться к ним равнодушно, пока собираешь безин, потому что так ты делаешь им лучше.

– Да я как-то и не проникаюсь людьми больше чем нужно. Зачем лезть кому-то без мыла в… – сказал Борис, а затем поднял и опустил оттопыренный вверх указательный палец.

– Ты не можешь не сопереживать людям из-за инстинктов и воспитания.

Это происходит на автомате, потому что люди существа социальные, а унты жили с людьми. Собаки тоже жили вместе с людьми и поэтому подвержены их влиянию.

Виктор открыл рот, изображая зевок. Рефлекс Бориса не заставил себя долго ждать, и он зевнул в ответ.

– Видишь, то же самое сделала бы собака. Мы связаны с людьми, но мы не сажаем их на поводок, не дрессируем и не чешем за ушком. Мы просто соскребаем излишки, сливаем их как сливки и выпускаем наших любимцев на волю.