Мой охотник на монстров

А ещё у Балатона есть хозяин, имя которого Тулайдонош. Имя происходит от того древнего языка, который неведом людям, поэтому никто не знает, что именно оно значит.

Я невольно поёжилась.

— Что ему нужно?

— Кровь, — не поведя бровью, сказал Ласло. — Порой здесь оказываются люди, которых он чувствует и всеми силами пытается затащить в озеро.

— Очень… замечательно, — плохо слушающимся голосом произнесла я. — Это что-то вроде жертвы?

Ласло задумался:

— Да, в каком-то плане. Правда, Тулайдонош не убивает, он просто забирает с собой в воды Балатона.

— Топит? — напряжённо спросил Горан.

Ласло отрицательно помотал головой:

— Уважаемый, вы меня совершенно не слушаете. Тулайдонош не убивает избранного или избранную. Он просто забирает их с собой. Правда… — В его глазах появилось сочувствие и даже жалость. — Потом вы не вспомните, что значит — быть человеком.

Ничего себе перспективка. Умеют порадовать вестями у славного озера Балатон. Прибью того, кто составлял маршрут, когда вернусь.

— Его можно убить? — подал голос Горан, и я невольно вздрогнула.

На этот раз улыбка Ласло была немного снисходительной и, как мне показалось, с ноткой сожаления:

— Он слишком стар, уважаемый. И много знает. В одиночку этого делать не стоит. В этот раз его сбила с толку внезапность. К тому же, как я понимаю, было что-то ещё, что заставило его рвануть в комнату Станиславы.

Оба мужчины внимательно посмотрели на меня. Но мне только и оставалось, что покачать головой.

— Не помню. Я ничего не помню.

Слова дались с таким трудом, что я испугалась.

— Вам надо успокоиться и отдохнуть, — вдруг резко сменил тему Ласло. — Идёмте, я провожу в комнату, куда Тулайдонош не войдёт.

Горан мягко потянул меня вверх, давая понять, что надо встать. Я послушалась, усталость почему-то накатила вязкой волной, не давая нормально реагировать на окружающее.

— Вы так уверены? — поинтересовался Горан. — Там есть решётки?

— Там есть мои слуги, — хмыкнул Ласло. — А у нас соглашение: после часа ночи на территорию Хранителя не заходить.

— А вы его враг?

Сейчас его голос был единственным, что не давало снова оказаться в каком-то странном подвешенном состоянии между небом и землёй.

— Нет, — донёсся ответ. — Но и не друг. У нас вынужденное, скажем, сотрудничество. Каждый преследует свою цель.

Я споткнулась, и Горан тут же подхватил меня на руки.

«Так нельзя», — силилась было сказать, но ничего не вышло.

Хотелось одного — заснуть.