Другая сторона

Не все этой женщине меня смущать, мне тоже найдется чем ответить.

- Вообще-то может, - неожиданно серьезно ответила она. – Но, надеюсь, не сегодня вечером. Пойдемте, нам тут, если не повезет, еще долго ходить. Если здесь действительно проводились сильные ритуалы, то я буду читать их остаточные следы, и это может затянуться.

Мы медленно шли по заставленному всяким мусором коридору. От рук Елизаветы исходило неяркое свечение, достаточное, впрочем, чтобы видеть дорогу. Но фонарь я все же держал под рукой – привычка надеяться на собственные силы меня еще не разу не подвела.

- Кажется, это здесь – я нашел показавшийся знакомым лестничный марш, ведший в нужный подвал.

Уже после первого пролета раздался шорох. Спустя несколько секунд, когда мы спустились, шорох повторился снова и снова.

- Что здесь? – напряглась Елизавета. – Неужели крысы?

И действительно, на нас из-за ближайшей кучи мешков рванулись сразу три очень крупных темно-серых грызуна.

- Не надо! Уйдите! – моя спутница явно потеряла над собой контроль.

Успокоить ее я не успел – Елизавета побелела, потом на ее лице возникло умиротворение, ноги подломились, и могущественная ведьма просто и без затей упала в обморок. И стоило погаснуть магическому свету, как вокруг зажглись четыре пары огоньков. «Красные глаза», - посетила меня пугающая ассоциация, и я судорожно стал пытаться нащупать провалившийся вглубь кармана фонарь. 

Мои барахтанья успеха не принесли – руки мне довольно умело заломили за спину, а к горлу приставили лезвие ножа.

- И бабу, бабу тоже волоки! – крикнул кто-то противным высоким голосом. – От нее проку даже больше будет! И хватит уже этой темени!

В тусклом свете старой газоразрядной лампы, приделанной к автомобильному аккумулятору, я разглядел, что меня примотали скотчем к непонятной рогатой конструкции, похожей на старый турник. На соседней его ветви висела Елизавета. Она вроде бы дышала, и это хоть немного, но успокаивало.

Передо мной стояла четверка откровенно уголовного вида личностей, один из которых любовно поглаживал здоровенный тесак, а второй – задумчиво поигрывал маленькой черной пирамидкой.

- Думали, самые умные? - ухмыльнулся тот, что с пирамидкой, и я заметил, что одного уха у него не хватает. – Но есть у нас и на вас управа.

- А вы, собственно, кто? – чуть успокоив бешено бьющееся сердце, уточнил я. – И знаете ли вы, кто мы такие и на кого работаем?

- Отлично знаем, - фыркнул одноухий. – И даже знаем, что баба боится крыс.