Холодный свет

У футбольного поля, которое обозначает примерно четверть пути от станции к нашему дому, нам пришлось остановиться. Мы положили арбузы в траву, подальше от дороги. Саня обессиленно плюхнулся рядом с ними. 

– Мы их не донесем, – сказал он. 

Арбузы были большие. Мы тащили их, скорчившись, прижимая к животу. Наши хрупкие плечи не выдерживали. По дороге мимо шел Дима со своими ребятами. Посмотрел на меня, на арбузы, предложил свою помощь. Он и его товарищи могли нести их не так, как мы, а просто вскинув на плечо.

Не знаю, как у них это получалось. 

– У нас появятся друзья на новом месте, – начала защищаться я. 

Саня покачал головой. 

– Он не собирается дружить со мной. Просто ему нравишься ты. 

– Это же не плохо. 

Саня сморщил нос. 

– Он и с тобой дружить не собирается. Он знает тебя третий день, но называет «Лиз», и он… 

Смотрит на твою задницу.Может быть, Саня хотел сказать это, а может, и кое-что похуже. Я знала, что брат прав, но ничего не могла с собой поделать.

Димина улыбка не выходила у меня из головы, как и сильные руки, которыми он с легкостью нес наши арбузы, по одному на каждом плече. Потом он сдался и отдал один другому подростку. Но сначала, первые триста метров, он выглядел так, будто носил их всегда. 

– Ты не хочешь отпускать меня на озеро? – спросила я Саню.

– А ты что, хочешь пойти? – опешил брат. 

– Ну да. 

– Нет, мне плевать, – неожиданно резко ответил он. 

–Ладно, – согласилась я. И ушла. Был даже момент, несколько минут, когда я думала, что это брат меня обидел, а не я его.

Так я совершила свое маленькое предательство.

_____

– Саня! – крикнула я, когда вернулась. 

Ты заблудилась и замерзаешь в лесу. Потому что ты маленькая девочка, которая не замечала, как землю твоей жизни засыпает снег. Не замечала эту странную арифметику снежинок, которых мало, даже когда их сто, но потом их становится немного больше, и они уже могут убить. Тишина. 

– Саня, – опять позвала я.

 

Мы гуляли всего два часа. На мне были сырые трусы и лифчик, потому что я не стала искать купальник и купалась в нижнем белье. Неприятное чувство. И страх. 

– Ты обиделся на меня? – прокричала я. 

Мне вдруг стало плевать, что Дима может на соседнем участке слышать, как я зову брата. 

– Саня!

Ветер в соснах за дорогой. Теплый летний ветер. Мы видели несколько белок, пока шли от озера. Все было глупо и мило. Дима клал мне руку на плечо. И все.