Сороковник. Книга 2

Для них это такая же тренировка, только не с учебным оружием, а с боевым. Войдите в их положение: ребятам, как и вам, нужна практика, а лучников здесь немного.

Ассасин уже надел железную перчатку и нетерпеливо притоптывает ножкой.

– А если…

– Если промахнётесь? Так я же рядом, подлечу. А им не привыкать.

Задумавшись, перебираю оставшиеся стрелы. Ближайший ко мне викинг презрительно сплёвывает. Второй ассасин, что ближе к щиту, разочарованно отворачивается. Ах, так?

Надо только снова себя взвинтить: вспомнить, например, как умирал Аркадий из-за паршивого дротика паршивых сатиров, вспомнить оскаленные желтозубые морды, представить их здесь, на месте этих экзотов.

И тогда легко получится жахнуть в каждого.

Три выстрела в одного: в глаз, в лоб, в грудь. Второму тоже нечего простаивать: получи, браток, в обе ноги и… тоже в лоб. Успеешь? Почему-то я уже не боюсь. Чую, что всё делаю правильно.

– У-у, – говорят одобрительно сзади. Сэр Джон торопливо занимает позицию сзади, оберегая мою спину от чересчур энергичных хлопков.

Ассасины-тени церемонно кланяются и возвращают мне стрелы. Глаза довольно блестят из прорезей масок-шлемов. Над бровью когтевладельца кровоточит глубокая царапина, к которой уже тянется из-за моего плеча протуберанец целительной ауры. Сэр Джон на посту, верный своему слову.

– Однако, – в голосе явное одобрение. – Ваш первый наставник не тратил времени зря. Какая жалость, что он оставил ваше обучение!

– А может, сэр Джон… – Перевожу дух. Последнюю серию провела в повышенном скоростном режиме, и поэтому до сих пор ноют руки.

– Может, он захотел сменить методику? И, по примеру некоторых своих коллег, решил предоставить мне действовать и думать самостоятельно? Может, он выбрал политику…

И вспоминаю давешний сон.

– … невмешательства, – договариваю упавшим голосом. Потому что эта версия тоже имеет право на существование.

– Невмешательства, – странным тоном повторяет за мной сэр. – А знаете, дорогая, в этом что-то есть. Хотя и несвойственно для школ боевых искусств, но хороший Наставник всегда в развитии, и ничто не мешает ему менять методы, экспериментировать… Я должен извиниться перед вами, леди Ванесса.

Моё суждение о поступке сэра Васюты было слишком поверхностно и торопливо.

Он вежливо приподнимает шляпу. Почему-то это трогает до глубины души. Слишком это не похоже на холодное формальное «прости» Маги, вот почему.

Представление закончено, и благодарные зрители снова преображаются в воинов.