Полнолуние

– Ты дебил? – повторил свой вопрос напарник, но теперь уже с утвердительной интонацией. – А если его сейчас какие-нибудь гопники в темках оприходуют, да ещё и с тяжкими телесными? Ты представляешь, какую про нас статью его жена накатает? Мне такой славы не надо.

Что-то неразборчиво пробурчав себе под нос, толстяк снова включил сирену и начал разворачиваться.

***

– Лёха, блин… Ты хоть и брат мне, но пошёл ты на хрен! Вот реально! У Патрика до сих пор следы от укуса не заросли… Да и хрен зарастут теперь… а ты мне опять своих тигрят подсунуть хочешь.

Сергей с видимым раздражением отложил телефон.

– Всё не угомонится? – риторически поинтересовалась Вероника. – У меня эта драка тигрёнка с Патриком до сих перед глазами.

– Такое фиг забудешь, – согласился Сергей. Но вдруг добавил с гордостью: – Тем более что тигрёнок тогда скорее защищался.

– Может он и защищался, – с грустью заметила Вероника.

– К нам когда те жандармы припёрлись, – неожиданно признался Сергей, – Я как раз про тигрят и подумал. Всё-таки, формально я, считай, в контрабанде животных поучаствовал.

– Ну и хорошо, что подумал, – назидательно заметила Вероника. – Может, в следующий раз задумаешься, прежде, чем с законом шутить.

Они замолчали. Сергей взял со стола чашку с чаем, сделал глоток и недовольно поморщился. Пока он разговаривал с братом, чай совсем остыл, а холодный он не любил.

– Ну и лунища, – вдруг сказала Вероника.

Сергей глянул в окно и действительно увидел яркую луну, едва прикрытую пористыми облаками.

– Так полнолуние сегодня, – и, вспомнив что-то неприятное, снова поморщился, словно опять хлебнул холодного чая. – Как и тогда… когда к нам эти… оборотни в погонах пожаловали. Как раз месяц прошёл.

– Да забей ты уже, – ненавязчиво посоветовала Вероника. – Хорошо, что всё так быстро разрулилось. Без адвоката и ночёвок в камере.

– Так из новостей ничего интересного обычно и не узнаешь. Кстати, о тиграх, а где Патрик?

– Вроде я видела, как он в кабинет твой отправился… Чего ты так напрягся сразу?

Сергей практически подскочил со стула.

– Ну ты же знаешь, что он всегда с нами. Только если на улицу гулять, тогда один. А если он дома, но не с нами, то, может, чувствует себя не очень. Может, тошнит его опять.