Гранатовый сок

– Штефан, – мягко сказал Константин, поворачиваясь к шатену. – Ты сегодня герой. Хорошая работа. Когда они уедут, пожалуйста, оживи ещё охранников на проходной.

Парнишка кивнул, мотнув кудрями:

– Конечно, Стэн.

– А охранникам вы память тоже каждый раз стираете? – полюбопытствовал я, когда ко мне вернулся дар речи.

– Нет, – Константин хмыкнул. – Пусть набираются опыта. Может быть, однажды они станут достаточно квалифицированными, чтобы дать СКОКу достойный отпор.

– И они… не бунтуют? Не увольняются?

– Мы им очень хорошо платим.

– Такая зарплата стоит того, чтобы пару раз в год ненадолго умереть, – фыркнула Илона.

Я, всё ещё под впечатлением, бродил по участку туда‑сюда. И хотя трупов здесь больше не было, мне всё равно с каждой секундой становилось только хуже. Даже в глазах уже бегали мушки.

– Что‑то мне так плохо, – признался я, поворачиваясь к остальным. – Очень сильная слабость.

– Может это из‑за серебряной пули? – хмыкнула Илона. И, видя, как я смотрю на неё в непонимании, указала на моё плечо.

Вот чёрт! Меня же, оказывается, ранили! Кто? Когда?!.. Я совсем этого не заметил. По моему левому предплечью текла тонкая струйка крови. Именно текла – как у обычного человека. Футболка и штанины джинсов – всё было перепачкано. С момента перестрелки прошло, наверное, уже целых полчаса, но рана до сих пор выглядела свежей.

– У тебя шоковое состояние, – мягко проговорила мне на ухо Стелла, беря меня под локоть, – поэтому ты не чувствуешь боли и ничего не заметил. И, похоже, не у тебя одного шок… Прости, я тоже проглядела.

Глава 35. В плену у времени

Этим вечером у нас всё‑таки состоялась романтическая игра, и даже не с одной женщиной, а сразу с двумя. Играли мы в пациента, хирурга и медсестру. Но не могу сказать, что я раньше представлял себе это именно так.

Стелла принесла откуда‑то металлический поддон с нехитрыми инструментами – скальпель, зажим, длинный пинцет. Попросила меня взять из автомобильной аптечки ещё бинт и пузырёк перекиси.

– А анестезии нету? – спросил я сквозь зубы, когда она сделала первый надрез. Врач посмотрела на меня, приподняв бровь. Да уж, учитывая то, как безжалостно она расправлялась со мной наживую в каждом сне, просить наркоз по меньшей мере глупо.

– Взрослый мальчик уже.