Adeu. Сон в моих руках

Помимо всё-таки довольно далёкой от реальности работы переводчиком, до сих пор в обычной жизни мои блестящие познания удавалось применить только при заказе café con leche para llevar. Но теперь стало очевидно, что все страдания были ради вот этого звёздного часа, ведь, кроме сеньоры Марии Мерседес, все остальные посетители пекарни не имели ничего против светских бесед, и только некоторые из них предпочитали беседовать по-каталански вместо испанского — и тогда я не понимала ни единого слова. На меня, к счастью, никто не обращал ни малейшего внимания, словно не сидела я на подоконнике с видом восторженного щеночка и не впитывала каждое их слово изо всех сил — и меня такое положение вещей полностью устраивало.

Мне нравилось слушать, как они обсуждают с Селин то погоду, то булки на витрине, то сплетни о своих соседях. Это были максимально невинные, абсолютно человеческие разговоры, хотя я, конечно, ожидала чего-то в разы более инфернального.

— Селин, — спустя пару десятков посетителей один приземистый старичок в старомодной шляпе вдруг зацепился за меня взглядом.

— А кто эта юная сеньорита?

И указал на меня тростью. Я быстро пригляделась — трость как трость, никаких там набалдашников в виде драконьей головы или вроде того, даже не интересно.

— Это Камилла, — вклинился Александр, как будто Селин сама не справилась бы с этими двумя словами. Он время от времени курсировал туда-сюда между залом и кухней, изредка перекидываясь парой слов с избранными посетителями.

Появлялся, исчезал, а я всё размышляла, что надо пойти и подсмотреть, какую чёрную магию он творит там с тестом.

— Сеньорита будет у вас работать? — дружелюбно уточнил старичок.

Я успела подумать, что слово «сеньорита» мне очень даже подходит, а Селин обернулась и вопросительно глянула на Александра. Тот неуверенно склонил голову:

— Да, похоже.

Селин пожала плечами, как будто её устраивал и такой ответ, и любой другой, включая «мы сделаем из неё колбасу».

— Это просто замечательно! — обрадовался старичок и наклонился ко мне с видом заговорщика: — Столько лет Александр тут вдвоём с Селин, свежая кровь всегда кстати.

Про кровь прозвучало как-то неоднозначно. Я затравленно улыбнулась, а он обнял свой пакет с багетом и удалился. Однако, он назвал Александра Александром — а мне казалось, я одна делаю это на всём свете.

— Этот дядя, он тоже мертвецов поднимает? — робко поинтересовалась я.

— Маловероятно, — отозвался Александр.