Виниловые дороги времени

Около года назад, когда мама ещё работала, они были в гостях у прабабушки с прадедушкой. Джованни тогда жил у родителей, но частенько наведывался к родным. Само собой, праздника из этого никто не устраивал.

Поэтому, пока правнук отдыхал после школы, Винченцо с Изабеллой вполне могли затеять уборку, иногда привлекая мальчика к помощи.

В тот раз прадедушка забрался на стремянку протереть пыль на антресоли. В какой-то момент он высунулся оттуда с удивлённым лицом, очень насмешив Джованни, и спросил:

– Amore mio, я разве покупал виниловые болванки?

Прабабушка почему-то разнервничалась и выгнала Винченцо из комнаты, а потом попросила уйти и Диану с сыном.

На прощание, правда, вручила пакет с мусором. Джованни успел заметить среди прочего и пустые обложки пластинок. Точно как у той, с которой пропала запись Майкла Джексона.

Даже в своём возрасте мальчик понимал, что такие конверты нигде не продают.

Дойдя до дома, Джованни с опаской постучался в дверь.

Прабабушка открыла быстро, словно затаилась где-то неподалёку.

– А где Винченцо? – удивилась она.

– Его забрал какой-то противный дядя, – ответил правнук.

– Господи, – прошептала Изабелла. – Заходи скорее, mio amico. Тебе надо поспать. А я поставлю что-нибудь успокаивающее.

[1] — Stai zitto, bastardo (итальянск.) – Заткнись, мерзавец (прим. авт.)

[2] — sei il mio pazzo (итальянск.) – дуралей ты мой (прим. авт.)

8. Романс в багровых тонах

Сеньор Витале смеялся.

С каждым пропущенным ударом – громче и громче.

Да, собственно, он и не стремился защищаться. Держатель музыкальной лавки разрешил постаревшему мальчику выместить на себе всю злобу, которая накопилась за последнее время.

Винченцо бил прямо в цель. Крепко. Несмотря на возраст и больную спину.

Замахиваться было тяжело, началась одышка, сердце будто изображало современный бит. Но сеньор Марти́на держал трость обеими руками и лупил со всей дури, пока не рухнул на землю обессиленный.

Сеньор Витале встал, отряхнулся и, не забывая искренне улыбаться, подошёл к немощному дедуле, чтобы выразить своё презрение:

– Даже возраст тебя не исправил.

Ты всё тот же невоспитанный щенок, который устроил погром у меня в магазине. Алессандро, дедушка разве тебе не рассказывал?

К удивлению наблюдавшего снизу старика, парень с переломанными руками преобразился. Его глаза вновь обрели разум. А выражение лица стало скорбным.

– Не верь ему, – простонал Винченцо.

– Ну конечно, – усмехнулся сеньор Витале.