Иванов день

Иван отгонял кикимор шляпой, как горящей головешкой, и она жгла злее раскаленного утюга. С сухим шипением лопались червивые глаза, отваливались трухлявые уши, древесно хрустели челюсти. А когда выскочил ненавистный флейтист, Иван заткнул шляпой поганый рваный рот - и нижняя половина пасти упала на пол, а следом за ней полетела и флейта. С диким визгом флейтист опустился за ней - и исчез под наступающей нечистью.

Соня рванула Ивана за собой, но было уже поздно. Твари навалились на них и потащили назад.

Чувствуя, как под ногами разверзлась бездна, Соня вцепилась в Ивана и последним усилием рванула ткань и, просунув руку, попыталась ухватиться за что-то...

Глава 10

Слепой бард Григорий Лиханов по прозвищу Леголас лежал в палатке на туго надутом резиновом матрасе, заботливо укрытый пледом, и пребывал в царстве снов. Спиртное теперь действовало на него благотворно: выпив, он спал, как убитый, без приступов лунатизма, которые порой посещали его по трезвяку.

Ходить во сне он начал вскоре после того, как потерял зрение. Та драка могла стать одной из многих точно таких же: когда бухаешь с друзьями на набережной, случается всякое. И про участие в потасовке он догадался бы наутро по саднящей ране на затылке и синяку под глазом. Но... он не увидел ни синяка, ни ссадин на руках, ни того, что одежда его грязна и разорвана. Когда взошло солнце, он понял, что не видит и его. Отныне темнота должна была стать его постоянным спутником. Со временем он привык к ней так, перестал замечать, и ее действительно как будто не было.

Вместо нее были звуки, прикосновения, ощущения и яркие образы, которые он вызывал из памяти.

Только сон его с тех пор стал беспокойным и тяжелым. Проснувшись однажды утром, бард обнаружил себя сидящим за кухонным столом и сжимающим нож, в другой раз - в туалете, свернувшимся эмбрионом возле унитаза. С этим надо было что-то делать, и он решил, что если сам не может позаботиться о себе в полной мере, то это дело нужно доверить женщинам.

Его волнистые каштановые волосы, мягкие черты лица и кошачья гибкость и в прежние дни привлекали многих представительниц прекрасного пола, а теперь он был в их глазах слаб и беспомощен - верное средство воззвать к материнскому инстинкту.

С постоянным присутствием женщин жизнь Леголаса стала намного спокойнее и безопаснее, однако, так и не удалось выявить закономерности, влияющей на ночные прогулки.