Молчание Сабрины 2

– А то придется вам есть гвозди, спички и мыло, как тем гремлинам вашим.

Брекенбок не успел ответить. Дверь дамского фургончика со скрипом приоткрылась.

– Берта… – позвал хриплый женский голос.

Мадам Бджи обернулась и от неожиданности и изумления перед увиденным выпустила из рук котел. Находившиеся в нем тарелки и ложки издали душераздирающий грохот и звон.

– Кларисса!

На пороге фургончика стояли кукла Сабрина и мадам Шмыга. Кукла под руку придерживала гадалку. Мадам Шмыга едва стояла на ногах и представляла собой просто ужасающее зрелище.

Ее лицо было в крови, растекшейся туши и блестело от слез, копна волос торчала во все стороны, в одном месте зияла багровая проплешина.

– Что ты сделала, проклятая кукла?! – закричала мадам Бджи и бросилась к фургончику. Разумеется, она винила куклу. Все всегда в первую очередь винят кукол.

– Нет… – тихо произнесла гадалка, останавливая подругу. – Сабрина помогла. Если бы не она, я бы… я бы…

– Что случилось, мадам Шмыга? – спросил Брекенбок. Он был взволнован и растерян.

А еще зол. Невероятно зол.

– Я… я упала.

– Что за бред? – Хозяин балагана полнился сомнениями, как мясной рулет глотами. – Куда это вы упали? За борт в море битого стекла и канцелярских кнопок?

– Я упала, – через силу повторила мадам Шмыга. С каждым словом с ее губ срывался хрип, меж зубов алела кровь. – И никого не было рядом. Я звала… и пришла Сабрина. Она помогла мне…

– Милая кукла! – воскликнула кухарка. – Наша милая кукла помогла Клариссе, сэр!

– Да-да… я уже понял.

Хозяин балагана был менее склонен верить всему, что слышит.

А еще у него явно намечался кризис фантазии, чего с ним прежде никогда не случалось. Он просто представить себе не мог, как именно нужно упасть, чтобы получить такие вот травмы. За что это она зацепилась волосами, чтобы выдрать клок до крови?

– Это правда, Сабрина? – спросил хозяин балагана. – Она упала?

Сабрина молчала. И глядела в землю.

Брекенбок сквозь зубы повторил:

– Она. Упала?

– Да, – прошептала кукла. – Я ее нашла. Ей было плохо.

– Ты врешь, Сабрина? – Хозяин балагана прищурился.

Даже уголки его нарисованных чернилами губ недоверчиво опустились, а что уж говорить о губах настоящих.

– Нет, врать нехорошо, – с детской наивностью заявила Сабрина.

Брекенбок кивнул, но не соглашаясь с куклой, а в тон своим невеселым мыслям: «Это уже было. Я уже слышал совсем недавно: “Я просто упала”. Подозрительное совпадение…»

– Хорошо, – сказал он наконец.

– Нехорошо, – упрямо повторила кукла. – Врать нехорошо.