Медвежье молоко

– Защитная реакция, – пожал плечами Михаил. – Мы сперва собирались привлечь психолога, но тут мамаша встала на дыбы, не позволю, мол, и все тут, сама будут следить, чтоб кровиночке расспросами не навредили. А делов-то нАчать да кончить.

– Я бы поговорил с Артемом еще раз, – сказал Белый. – Возможно, чуть позже. Может, действительно ему нужно дать время справиться с защитной реакцией на стресс. Вы объявите розыск?

– Обязательно, – подтвердил Михаил. – Хотя лично я все еще не уверен, стоит ли связывать смерти этих детей в серию.

– Рябиновые ягоды, – напомнил Белый.

– Ели с голоду, когда поняли, что заблудились.

– Половое созревание.

– Любопытно, но не подтверждено.

– Тогда подождем следующей смерти, – в легком раздражении ответил Белый. – Проверим, жизнеспособна ли моя версия.

– Вы не сердитесь, Герман, но я не слишком доверяю вашим волшебным, – Михаил изобразил в воздухе кавычки, – способностям. У нас не Хогвартс, на одних догадках обвинение не построить. Я все-таки склонен доверять Артему.

– Тогда зачем вытащили меня из изолятора?

– За вас поручились, – серьезно ответил Михаил. Выдвинув ящик стола, достал ключи Белого, карточки, телефон. Глянув в экран, бросил: – К тому же неоднократно вам звонили. Вы можете перезвонить и объяснить, что это было просто недоразумением? Я пока составлю протокол допроса, а еще надо распечатать фоторобот, и…

Белый согласно кивнул и вышел в коридор, на ходу пролистывая список контактов, но перезванивать не спешил – здесь болотный запах становился сильнее, и особенно интенсивно ощущался возле туалета.

Он заглянул внутрь.

Смеситель вполне новый, трубы пластиковые, недавно отремонтированные. Пол тоже чистый, санузел в порядке – уборщица держала вверенную ей территорию в чистоте. Потянув носом воздух, Белый почувствовал даже запах хлорки. Открыл кран – и зажал пальцами нос. Смердела вода – прозрачно-чистая, визуально ничем не отличающаяся от обычной водопроводной воды, и все-таки пахнущая болотом.

Он похлопал себя по карманам мантии, но кроме ключей, документа и телефона в них ничего не было: пробирки потерял в Сандармохе, а закопченные стекла конфисковала Астахова.

Белый выглянул в коридор.

– Вы не могли бы передать Михаилу Сергеевичу, что мне нужна пробирка или банка? – обратился к дежурному. – Если он еще не ушел. Это очень важно!

Запиликал телефон.

Не глядя на экран, нажал кнопку:

– Слушаю, Сергей Леонидович.