Тайная Волшебница

Потому что сила порождает лишь недолгую, кратковременную власть, а знание и магия — власть вечную, не имеющую пределов во времени и пространстве.

Поэтому Вагнер и не верит в Потаенную деву. Что бы там ни твердил ему учитель Пфаль! Неужели можно обладать поистине беспредельными магическими возможностями, волшебными силами, равными которым не обладает никто во всем Архипелаге, и даже не догадываться об этом? Возможно ли такое неведение Куколки?

Нет уж, дудки, считал Вагнер, разумеется, помалкивая об этом. Сила рано или поздно даст о себе знать, ее нельзя не почувствовать.

Что будет тогда, Вагнер, честно говоря, пока не мог себе и представить. Но он твердо знал — дева затаилась и только ждет удобного случая, чтобы заявить о себе всему миру. Тайная Волшебница — вот кто она на самом деле. И она должна, просто обязана осознавать свою силу, иначе и быть не может. Такое шило не утаить ни в каком мешке!

Тайная Волшебница очень скоро станет явной. И, значит, ему, Вагнеру, нельзя терять попусту ни дня, чтобы не упустить своего часа.

Окрыленный собственными мыслями, Вагнер ускорил шаг. Вот уже и густая дубрава, совсем в двух шагах.

Обычай высаживать лесопосадки в городских районах возник и укрепился давно. Задача их предельно проста: снабжать город новыми порциями живительного кислорода. Однако никто и никогда, высаживая эти дубы, вязы и клены, не мог бы себе и представить, что такую посадку однажды облюбует для своего черного дела темный маг. Да откуда ему и взяться в нашем обычном, совсем не волшебном городе?

Вагнер вовсе не собирался вплотную сближаться с посланцем Берендея.

В свое время Реймонд Пфаль прочно вдолбил в голову своему ученику обычай по возможности ничего не творить самому, а все делать чужими руками. И если сейчас сам Вагнер был этими руками Пфаля, то ученику мага для боевого заклятия тоже требовался посредник. И теперь Вагнер терпеливо ждал, покуда посланец Берендея не войдет под сень деревьев.

Выждав полминуты, когда посланец окончательно углубился в лесопосадку, Вагнер подошел к одному из самых могучих дубов, росшему здесь еще с незапамятных времен, и положил обе руки на прохладную шершавую кору. Он торопливо, но четко прошептал заклинание, и еще на полуслове улыбнулся, ощущая ладонями, как все дерево тревожно напряглось, чувствуя чужую и непреодолимую силу.

Древесное заклятие силы действовало быстро.