Сумеречный кукловод

Вы любите Маркеса?

Из всей компании сновидцев с творчеством Габриэля Гарсиа Маркеса были знакомы лишь Эльза с Вацлавом, но их с лихвой хватило для поддержания разговора до конца нарезки овощей. Дальнейшие манипуляции с пловом Фарид проделывал единолично. Словно колдун, строго соблюдающий все этапы приготовления зелья он обжаривал бараний жир в масле, затем доставал его и добавлял в масло специи, чеснок, красный перец, затем мясо, совместно нарезанные овощи и под конец — рис.

От насыщенной смеси непривычных запахов у Тари немного закружилась голова, и она, завернувшись в плед, вышла вдохнуть свежего воздуха.

В саду было тихо, свежо и как-то по-осеннему прозрачно. Густой слой опавшей листвы казался красно-желтым ковром, местами вышитым зелеными узорами пробивающейся травы. Но часть листьев все еще героически цеплялась за ветки, назло дождям и ветру.

— Какие молодцы, — Тари нежно провела пальцами по листьям нижней ветки клена, до которой дотянулась.

Она обернулась к подошедшему Мареку.

— Наверное, Эльза вечерами читает своим деревьям О’Генри, а они слушают и берут пример с героя рассказа “Последний лист”.

— Удивительно, что при таких познаниях в мировой литературе, ты не читала Маркеса, — добродушно поддел ее Марек.

— Маркес — это скучно, — она страдальчески закатила глаза. — Я же не Фарид, чтобы обожать все скучное. Кстати, как он тебе?

— Кто? Маркес? Я тоже не читал.

— Ну нет же! Я про Фарида. Он тебе понравился?

— Да, — Марек кивнул. — Хороший парень. Добрый и умный.

Взгляды у него, правда, немного странные. Хотя кому-кому, но уж точно не нам к нему придираться по поводу необычности взглядов. На нашем фоне любому постороннему наблюдателю Фарид покажется верхом нормальности. И вообще, здорово, что ты решила нас с ним познакомить. Но, знаешь, я рад, что завтра твой новый приятель уезжает обратно в Москву и окажется вне пределов досягаемости Отакара.

— Да, это хорошо, — задумчиво кивнула Тари. — Но как быть с остальными, Марек? Сколько еще таких вот милых, наивных людей могут стать жертвами Отакаровских планов и его монстра? И ведь в отличие от меня, они вряд ли восстановятся после того, как станут топливом для экспресса в другой мир.

— Мы не знаем этого наверняка, — возразил Марек.

— Можно уточнить у Отакара, — даже просто произнося эти слова, Тари ощущала, как все в ней противится подобной идее.

— Не вариант. Ясно же, что он подтвердит твои худшие опасения, чтобы убедить пожертвовать собой ради обреченных.