Тайна Пушкинской улицы

А одежду получше разглядите. Фактура та же. Только цвета другие. Более подходящие вашему образу мышления.

Славик резко обернулся на зеркало и успокоился. Компрометирующие оттенки отсутствовали.

– Вот повесят ярлык, ходи потом, – заметил он. – А вообще, спасибо, конечно. Только я как-то неуютно себя чувствую, вроде не в своей тарелке.

Ежа, в отличие от друга, интересовало само обновлённое состояние. Как произошло, что он больше не чувствовал себя уставшим, а, напротив, ощущал прилив энергии и уверенность в полном осуществлении намеченного? Ян не хлопал в ладоши и не говорил: «Эй, двое из ларца, одинаковых с лица…», Анита не заставляла пролезать сквозь игольное ушко, и, тем не менее волшебство наступало по всем фронтам.

– Так мы летим? – позвали снаружи.

Вадим, договорившись о месте встречи со Славиком, поторопился на крышу за уникальной девушкой, которая, как оказалось, ещё умела управлять вертолётом.

«Железная стрекоза» была довольно симпатичной.

– Нет, – засмеялась Анита. – За штурвалом будете вы. – И ещё раз улыбнувшись, захлопнула дверцу.

Ёж часто летал. И на вертолёте, и на планере, один раз даже на истребителе. Летал. Но это было давно и во сне.

Жизнь оказалась дороже временного терзания души.

– Не хочу вас огорчать, – начал Вадим, вздохнув и поглядев куда-то влево. – Но вот летать я как раз не умею.

– Летать умеют все, – возразила девушка. Убедитесь. Это, как ходить. Кто-то передвигается медленно, вперевалочку или шустро, но и в том и в другом случае, самостоятельно, а кто-то использует для этого приспособления – машины, велосипеды. Так и с полётом. Кто не может лететь сам, пользуется чужими крыльями. У нас и в прямом, и в переносном случае хвост.

– А ещё винт, – добавил Ёж повеселев.

Создательница счастья подсказала, за что схватиться и куда нажать, чтобы лёгкая, послушная, стеклянная «божья коровка» поднялась в воздух.

«Всё равно Анита рядом, – подумал Вадим. – А она обещала счастливый конец истории».

Вертолёт, покачнувшись, неуверенно оторвался от поверхности крыши и, поколыхавшись, взмыл в воздух. Сперва мужчина не смотрел вниз, держась двумя руками за рычаг, словно впереди вот-вот должен был возникнуть светофор.