Тайна Пушкинской улицы

Я первая крикнула, – отстаивала свои интересы обладательница земляничного платья.

– Если бы ты первая крикнула, – вставила Тома, – ты была бы первый номер.

– А я первая крикнула “второй “, – доказывала девочка.

Перепалка дала возможность ребятам обсудить достоинства Феррари и Порше.

Когда и это надоело, а Ян почувствовал в себе прежние, уснувшие на время способности, он предложил другую игру.

– Ну, давайте, – нехотя согласилась Иришка, довольная одним – сегодня никто не целовался, не только она.

– Чур, я не Терешкова, – воскликнула самая симпатичная девочка Тамила, не объясняя, однако, почему она – не Терешкова.

Привлечение всеобщего внимания не являлось её отличительной чертой, а потому после подобного взрыва эмоций, участница игры смутилась.

– Полетели? – спросил Ян в последний раз перед стартом.

– Полетели! – закричали дети, помня, что воспитательница велела играть только в космос.

– С лавок не вставать, – заявил Ян напоследок и сосредоточился.

Ракета, издав звук двигателей, медленно начала подниматься.

Детки затаили дыхание. Они упёрлись туфлями в деревянный треснутый пол и схватились за лавки покрепче.

– А можно я выйду? – робко спросила Таня, обращаясь к командиру межпланетного корабля.

– Поздно, – ответил Ян, повышая голос, так как рёв двигателей всё усиливался. – Скоро станет тихо, – прокричал он, приободрив спутников улыбкой.

Павлик сглотнул. Все тела вжались в полосатые стенки ракеты и, почувствовав нагрузку, как на скоростном лифте, ощутили странные болтания в желудках и животах.

Кто – то закрыл глаза. Вернее, это были Таня, Тома и Тамила. Ирочка с Павлом смотрели во все свои, распахнутые то ли от удивления, то ли от страха.

Тома начала отсчёт.

– Десять, девять, восемь, – не обращая внимание на наступившую оглушающую тишину. Вход в ракету зиял чёрным провалом.

– Да всё уже, – добродушно произнёс Ян, дотрагиваясь до рукава платья. – Летим. Можно не закрывать глаза, – и, указав на отверстие в деревяшке, добавил. – Только в открытый космос лучше не выходить.

– Мы не будем, – высказались девочки.

– Нет, – поддержал их Павлик. – А что это звёзд так мало? В планетарии больше было.

– “Какой молодец, – решил Ян. – В планетарий ходит”. Сделав наклон, ракета понеслась в даль.

На горизонте видимости, хотя странно было называть горизонтом сплошную темноту, возникло красивое голубое свечение.

– Туманность в созвездии Эридана, – прокомментировал Ян. – Мне в космосе туманности больше всего нравятся.