Тайна Пушкинской улицы

Ему не предшествовали ни вспышки молний, ни обрушившийся на город поток воды. Он разверзся сам по себе и от того стало ещё неуютней. Оксана побежала. Следующий удар сопроводился близким хрустальным звоном.

– Случилось ведь, – ругала себя девушка. – Кто-то радуется празднику, пьёт вино, а другой, глупый, бродит ночью невесть где, наживая приключения.

Но видимо, звезда Оксаны сегодня звалась не иначе как Невезение, потому как за пятьдесят метров от дома, на её голову хлынул настоящий водопад.

Слёзы обиды показались в тот самый момент, когда из обрызгавшего её автомобиля выглянули две мужские головы и, не извинившись, исчезли в салоне.

– «Ну, спасибо, дедушка», – мысленно поблагодарила Оксана Везуна, скрываясь в подъезде. Через несколько секунд она была дома.

Капли стекали на лицо. Холодная одежда прилипла к телу. Настроение было отвратительным. Сняв босоножки и прихватив большое банное полотенце, девушка немедля пошла в душ, где только согревшись, окончательно успокоилась.

Спустя полчаса, утомлённое тело расположилось в кресле. Взгляд, скользнув по экрану телевизора, остановился на неторопливом действе, что происходило в далёкой московской студии.

– Сама традиция этой церемонии, – вещал рассказчик, – родилась очень давно и насчитывает не один десяток столетий…

Гость кивал, не сводя глаз с появившейся в кимоно японки. Лицо её казалось безмятежным и несколько отрешённым.

– Совершенно с вами согласен, – проговорил ведущий, продолжая беседу. – Юная, можно сказать, почти ребёнок, девушка далека от суеты.

– А она говорит по-русски? – поинтересовался приглашённый. Решив, что секундное замешательство ведущего не что иное, как ответ, гость высказал своё мнение о Стране Восходящего Солнца. – Многое можно почерпнуть у любителей риса, скажу честно. Но вот что меня удивляет. Когда я был в Японии, все люди, с которыми мне посчастливилось встретиться, были просто одержимы малыми формами.

– Она не говорит, но понимает, – приглушённо, через улыбку, произнёс ведущий.

– Вот и я о том. У европейцев в отношении этой церемонии всякое воображение теряется.

Оксана прикрыла глаза.