Пришествие Магии

Их миссия действительно была самоубийством, они не подготовились как следует. Не имели такой возможности.

Но с губ её сорвался другой вопрос, интересующий намного больше:

- Кто была та девушка, которая подарила Роэ медальон?

- С чего ты взяла, что это была девушка? – Горкху издал лающий смешок, гулко отдавшийся от стен подземелья, и тут же пожалел об этом. – Ладно, девушка это и была. Я особенно не вдавался в подробности спаривания Роэ во время заточения, у меня на уме была другая нужда – как бы половчей сохранить собственную задницу.

Мне и видеть её довелось всего пару раз – какая-то важная шишка в этом замке. Но если бы не она, куковали бы мы тут пока за нами не заиграли теклеки. Да, хорошо Роэ ей голову тогда задурил…

Мия, на щеках которой выступил румянец смущения пополам с ревностью – спаривания, значит! – припомнила, что теклек – единственный музыкальный инструмент орков, на котором исполняются лишь погребальные песни. Изготавливаются они из выдолбленного гнилого корча и звук имеют преотвратный.

- Значит, он был вместе с ней только ради того, чтобы получить помощь при побеге?

- Ну, я бы так не сказал. С точки зрения человека она, кажется, довольно ничего. Примерно как ты. Сиськи, задница, сочная, в общем. Но мяса мало… Я таких подминал под себя и разрывал с двух тычков. То ли дело людские бабы потолще – те могли и дотянуть, пока я не кончу. И мяса после них оставалось на несколько дней.

Горкху довольно хрюкнул, а Миа судорожно вцепилась в рукояти метательных ножей.

Она и забыла, кем на самом деле является её собеседник. То, что у них общая цель, не делало их друзьями, лишь временными союзниками. Если произойдёт чудо и они останутся в живых, сокрушив Олиала – мерзкому орку лучше не поворачиваться к ней спиной.

Как раз в этот момент она - эта широкая спина – резко надвинулась на неё – Миа чуть не ткнулась носом в воняющие немытым телом бугрящиеся зелёные мышцы. Орк внезапно остановился и воткнул факел в земляной пол возле себя.

Девушка не стала спрашивать, что случилось – замерла на манер Горкху, молниеносно развернувшись в другую сторону и выставив вперёд покинувший ножны клинок.

Уши пытались уловить малейший звук, не относящийся к треску факела и шумному дыханию орка, глаза судорожно рыскали в непроглядной тьме коридора.

Не сразу ей стало ясно, что она уже с полминуты смотрит на нечто бледное и круглое, зависшее в полутора метрах от пола. Не сразу Мии стало ясно, что это лишь плавающая в темноте голова.