Пришествие Магии

Пролог иного мира (продолжение)

Вход в подземелье находился с другой стороны башни – это была каменная, украшенная фронтоном пристройка с массивными дубовыми дверями, под охраной двух стражников с перерезанными минутой ранее глотками.

Вспыхнув, факел осветил широкие, уходящие в холодную тьму ступени. Медальон на шее Мии засветился, извещая о том, что в данный момент они преодолевают одну из хитроумных магических защит.

- Так, сейчас нужно быть начеку, - сказал Горкху, поднимая факел повыше. - Большинство своих тварей Олилал прятал в подземельях.

Да и защитная магия тут может быть такая, что никакой медальон не справится. Нашего Мёртвого дружка со счетов тоже не стоит сбрасывать. Будь я им… - орк демонстративно поморщился. – То пробирался бы именно через катакомбы.

Миа кивнула, зябко поёжившись. Она промокла до нитки и теперь в этом сыром каменном мешке у неё от холода зуб на зуб не попадал. Сейчас она изо всех сил боролась с дрожью, выполняя дыхательные техники и поочерёдно напрягая различные группы мышц.

Они миновали ещё несколько коридоров и спусков вниз. По пути попадались и тупики, и обвалы, и ходы, вырытые прямо в камне. Местами кладку почти полностью захватывал приглушённо мерцающий за пределами света факела мох, в стыках стен и пола то там то тут мостились россыпи истекающих слизью грибов на тонких ножках. Иногда попадались и пятна крови. Свежие.

- Кажется, сто лет прошло, - вполголоса сказал Горкху. – Как я здесь был последний раз.

Миа удивлённо посмотрела на орка, который с людьми, не считая Роэ, и парой слов не перебрасывался, если только того не требовало дело.

Неужели свирепому Горкху страшно? Тёмно-зелёное лицо трудно было рассмотреть в пляске теней. А орк, словно читая мысли девушки, продолжил:

- За год с лишним здесь я повидал столько отвратительных вещей, сколько у себя на родине не видывал. Ужасных вещей. Мы, орки, жестокие, это да. От одного вида наших пыток сильный воин вроде тебя, будь ты мужчиной, наложил бы в штаны, но то, что творил Олиал… Со своими родичами, с моими… Если мы выживем, и ты кому-то расскажешь об этом, я вырву твои внутренности и продержу тебя живой достаточно долго, чтобы ты могла увидеть, как я зажарю их и съем, но… Больше всего на свете я боюсь опять попасть в лапы Олиала.

И у меня поджилки начинают трястись при одной мысли о том, что я снова здесь.

Медальон вновь вспыхнул, взломав очередной барьер. Миа задалась вопросом, что же они предпримут, когда столкнутся с непреодолимой преградой.