Восьмидесятый

Записывал, изучал, запоминал лица и костюмы, разговоры, акценты. Он мог бы воспроизвести многие из них без запинки. Но сколько еще предстояло узнать, чтобы стать академиком своего времени! Чертов Аарон прервал исследование Робина на целый месяц поисков и охоты за похищенным чемоданом. Хорошо, что он наконец попался! Вот только где теперь искать его самого?

Вокруг кипела жизнь: неспешно ползли ширококрылые «Крайслеры» и «Кадиллаки», пожилой мужчина, зажав ухо левой рукой, пытался перекричать толпу у телефона-автомата, рисованный мальчик с белоснежной улыбкой рекламировал гамбургер всего за пятнадцать центов на придорожном щите, контур Бруклинского моста чернильной тенью нависал над Ист-Ривер.

Робин вдохнул морозный воздух и поспешил к газетному киоску.

В выпуске от восьмого декабря не было ничего особенного: ещё не утихли выборные страсти, и первые полосы пестрели портретами Рейгана под амбициозными заголовками «Лучшее впереди», «Новый курс» и «Долой наследие Картера». Робин взял «Нью-Йорк Таймс» и проштудировал ее от первой до последней страницы, но ни единого упоминания Аарона не нашёл.

Заледенев на декабрьском ветру, Робин остановился в любимом придорожном кафе, где уже, кажется, примелькался. Так или иначе «американо» здесь варили просто потрясающий, и порой Робин открывал чемодан лишь затем, чтобы пропустить чашечку-другую.

Итак, где же искать Аарона? Свой путь он начал отсюда – точка входа никогда не менялась. Значит, его могли видеть. У Аарона никогда не было своего «времени», поэтому правилами он наверняка пренебрёг. А теперь придётся пренебречь и Робину, рискуя местом в Академии Настоящих Историков. Но выбирая между другом и местом, Робин не сомневался ни мгновения.

Он вернулся на бульвар. В газетном киоске Аарона не видели, в цветочном – тоже, а вот в аптеке повезло – фармацевт припомнила чудака в клетчатом пальто.

– Взял пачку обезболивающих, – не раздумывая, выдал он Робину желаемую информацию. – В ампулах. А ещё шприцы.

На улице Робин закурил. Аарон с детства тяготел к химии, так что он удумал? Уж не закинуть ли в прошлое ещё не открытое лекарство? Но на это и нескольких часов хватило бы. А что, если... Нет, он и мухи не обидит. Да и кого тут убивать? Не свежеиспеченного президента же.