Избранная Океаном. Книга первая

Но при старшекурсниках, которые вместе со мной входили в экспериментальную группу, срываться было нельзя, так что пришлось терпеть.

Поначалу меня откровенно пугало то, как быстро мы с Рейвом нашли общий язык. Он был преподавателем, иностранцем, мужчиной на сотню циклов старше, но я не испытывала никакого дискомфорта, общаясь с ним на равных. Я пыталась держаться отстраненно, в рамках уставных отношений, не позволяла себе лишнего — и сама же страдала от возникающей при этом неловкости.

Рейв, чувствуя мое отчуждение, лишь усмехался и начинал доводить меня издевками, раз за разом разрушая тщательно выстроенную мной стену. Все заканчивалось одинаково: я начинала кричать, швыряла в него все, что попадет под руку, уходила… Драться не лезла — с первого скандала поняла, что дело дохлое, мне вампира и пальцем не тронуть. А если и тронуть, то больно будет лишь мне, ведь тело нечистого по твердости не уступало граниту. Потом, устав, как и в случае со сплетнями, сопротивляться, махнула рукой.

— Да уж, любезности от нее не дождешься, — подтвердил Рейв. — Кстати, советую тебе брать с нее пример, раз уж ты к ней в напарники метишь.

Каиль непонимающе нахмурился:

— Что вы имеете в виду, магистр?

— «Магистра» в виду и имею, — в тон ему ответил тот. — Завязывай с официозом, по крайней мере, в такой приватной обстановке. Не люблю я этого.

Судя по всему, вампир дал добро на мой выбор партнера.

Я эту тему поднимать боялась, но Рейва, способного считывать мои эмоции как текст с экрана, молчанием не обмануть. Он наверняка давно догадался, что этот вопрос меня беспокоит, и теперь дал понять, что Каиль в роли моего напарника его устраивает.

— Похоже, ты прошел проверку, — я ободряюще хлопнула друга по плечу. — Поздравляю, ты теперь в нашем любовном треугольнике. Глядишь, там и до спецкурса недалеко…

Уши Каиля нервно дернулись, а Рейв, не сдержавшись, расхохотался.

Глава 20

Я уже в который раз пробегала глазами распечатку. Первый практический экзамен по этикету переговоров должен был начаться с минуты на минуту, и я, чего греха таить, жутко нервничала.