Домовой из лифтовой и другие всякие

Мотя, стоя к мавке спиной, запихнул в рот себе свою жидкую бородёнку и, делая самую страшную, по его мнению, гримасу, моргал мне: «Давай, давай!!!»

И меня понесло.

– А, что? Ям нароем. Соединить их между собой каскадом, вода быстро стечёт и отстоится. Омуточки получатся что надо, прям тебе апартаменты с выходом в Протву, а там Ока, а дальше Волга! А если с притоками брать, ух! Гуляй – не хочу. Только вот сажать тебе самой придётся, не сумеем мы… Но помогать будем. Глядишь, лет так через десять, опять по нашим речкам лилии белые цвести станут, пескари появятся, класс! – я поднял глаза и встретился взглядом с Анной – она улыбалась.

Улыбалась, и через неё не было видно кустов на берегу.

Рассказывать, как мы назад добирались, я не буду. Да и нового ничего я тут уже не скажу.

На следующую ночь мы с Мотей и Лёшей рванули на Боренку и на её берегу встретили Аннушку. Лёша с Мотей копали омуты, как два шагающих экскаватора, я мешался им под ногами, и они не зло ругались на меня, а Анна смеялась, и смех её серебряными колокольчиками летел над водой.

А над головами у нас на высоком косогоре шумел счастливый и гордый таким выбором вековой бор. Сосны старались заглянуть в овраг и послушать, как смеётся последняя на Руси, а может теперь и не последняя, мавка.

До середины мая Анна мне приходить не велела, работы много говорит, а вот к лету ближе ждёт. Мы пойдём обязательно. Мотя сказал, что если всё получится, а получится уже обязательно, то Аннушка нам споёт. 

– Ты не боись, – скрипнул в бороду Лёша.

– С нами не опасно. А через недельку-другую мы с тобой за сморчками пойдём, ты таких и не видал никогда. – и деревянная физиономия моего нового друга расплылась в счастливой улыбке.

А я так думаю, что мне теперь и без них не опасно. Меня ведь мавка поцеловала и отпустила. Я теперь друг, так она мне на ухо шепнула. А Мотя, мне кажется, подслушал и ходит теперь и щурится как котяра, который у хозяйки с крынки всю сметану сдул.

После Пасхи точно придёт по вискарику прогуляться. Надо будет его расспросить, где он умудряется так антоновку хранить, прямо будто только что с дерева сорвал.

[1]см. главу 1 «Гость»

[2]Мавочка, мавка – русалка у славянских народов

[3]Лешак – леший

[4]Термина́тор (от лат. terminare — прекращать) — линия светораздела, отделяющая освещённую (светлую) часть небесного тела от неосвещённой.

Глава 3 Ключ

Как я и думал, буквально через неделю после Пасхи весёлый и довольный Мотя заявился ко мне, не дав даже заснуть.