Се, Человек

Ну спустишься ты, ну попылкашь огнем, как Бармаглот в «Алисе», ну поржет народ, ну выпивкой угостит, на этом все и закончится.

– Попылкаешь?! – если бы к нему было применимо это слово, я бы сказал, что он осатанел. – Да я – Всадник Апокалипсиса!!!

– Ну и что? – пожал плечами я. –Был бы ты Дедом Морозом, тебе хотя бы стишок рассказали. А так…

– Да при чем тут…

– Да при всем, – жестко перебил его я, сняв улыбку. – В тебя не верят. Просто не верят. Они даже в Деда Мороза, и то не верят, но подарки ему заказывают. Тебя просто никто не увидит.

– Что?

– Нет, вы там вообще ничем не интересуетесь, что ли? Парень, народ готовится встречать Апокалипсис уже черт знает сколько! Выпивки набрали, закуски, петард… Вечеринки проводят тематические, зажигают… ну не как ты, а весело… Спустись, спустись. С тобой все фотографироваться начнут и обязательно спросят, где взял костюмчик и сколько будет стоить лично поздравить тещу.

Он недоверчиво прищурился.

– Ты просто мне морочишь голову…

– Ну да, конечно. Это я вот только сейчас все придумал, ага… Посмотри сам.

Он подошел к краю холма и посмотрел. Что он там увидел, я не знаю, но вид у него стал очень озадаченным.

– Ну что, убедился?

– Да, – гордо вздернул он подбородок. – Убедился в том, что тебе не остановить меня, Князь Лжи…

– Снова здорово… – вздохнул я. – Ну иди тогда, кто тебя останавливает!

Он сделал несколько шагов. Потом остановился, глядя на город уже более пристально.

Я затаился, боясь его спугнуть и судорожно соображая, что же мне делать, если он действительно захочет спуститься. По идее, не должен. Он амбициозный и пафосный. Начни я его умолять, он пойдет туда назло мне и обрушит на город гнев божий и все то, что должен обрушить. И не только на город…

– Они ведут себя так же, как и всегда, – загудело из-под забрала. Я ничего не ответил, следя за его мыслью, как сапер за движениями полевой мышки, семенящей по минному полю. – Так было и раньше… И как было во дни Ноя, так будет и во дни Сына Человеческого: ели, пили, женились, выходили замуж, до того дня, как вошел Ной в ковчег, и пришел потоп и погубил всех.

– Евангелие от Луки, глава семнадцать, стихи с двадцать шестого по двадцать девятый, – зевнул я с напускным равнодушием.